Ученик

Или ногу. Что выбираешь?

Прозвучало это спокойно и убедительно. Оба пьяницы замерли. Барменша деловито наливала кофе. Мужчина за стойкой перестал шелестеть газетой.

Приятель опухшего взглянул на часы.

– Вообще-то, Ген, времени в обрез. Начнем тут разбираться, разобьем что-нибудь… На фиг надо.

Опухший искоса глянул на Глеба.

– Считай, напугал, – и, выложив на стол серебристую визитку, обратился к барменше: – Без обид, ладно? Звякни на досуге, я тебе работу предложу. Получше, чем в этой конюшне.

– Обязательно, – пообещала девушка.

Субъекты в кожаных пиджаках, пошатываясь, потопали к выходу. Проводив их взглядом из темных очков, Глеб спросил:

– Где твой амбал, Катерина?

– А пес его знает! Когда надо, этого козла днем с огнем… Спасибо, Глеб, – барменша подвинула к нему чашку кофе и блюдце с двумя бутербродами. – За счет заведения.

– Брось, – Глеб попробовал кофе, – так вы быстро прогорите.

Сидящий за столом помятый мужчина грохнул вдруг бутылкой пива.

– Ну и страна, мать вашу! – возопил он, тряся газетой.

– Что случилось? – вежливо полюбопытствовал Глеб.

– В четверг журналистку замочили! Ольгу Самарскую! Изнасиловали сперва на какой-то стройке, потом горло перерезали! И только сегодня, через четыре дня, обнародовали, падлы!

– Ужас какой! – вздрогнула барменша. – Просто беспредел!

Опираясь о стойку бара, Глеб застыл с надкушенным бутербродом.

– Вы знакомы с ее статьями? – обратился он к мужчине за столиком.

– Еще как знаком! – визгливо отозвался тот.

– Кто? – спросил Глеб.

– Да кто угодно! У нас это дело плевое!

– Ужас! – повторила барменша.

Тут в бар ввалился краснощекий коренастый крепыш в распахнутом пальто. Стуча коваными каблуками, он направился прямиком к Глебу.

– Извини за опоздание, – сказал он, протягивая руку.

– Извиняю, – ответил Глеб, пожимая его короткопалую кисть.

– Толян, ты чего не здороваешься? – возмутилась барменша.

Толян виновато тряхнул круглой головой.

– Кэт, айм сори. Жизнь задолбала. Короче, – обратился он к Глебу, – твой вопрос я не решил. Хозяин не берет в охрану «темных лошадок».

– Понятное дело, блин! – в досаде отреагировал Глеб. – Ничего, что ли, нельзя придумать?!

Толян прищурил маленькие глазки.

– Никак не врублюсь: чего ты к нему так рвешься? Имеются другие варианты…

– Нет уж, хрен! – перебил Глеб. – Хочу к твоему хозяину! Второй сорт не для меня!

Толян удовлетворенно хмыкнул.