Легенда о Рыжем герцоге

– Да уж, – пробормотал Том, поднимаясь с пола, – много повидал болванов, но такого…

– Боже, как я ошибался! – Бочонок поклонился слуге. – Теперь я согласен дядюшка: твой господин должен торопиться

Старик молча обошел его, вытащил из-под стола лютню и протянул Тому.

– Давай про волка. Прямо с того места, где коровы и бараны молятся Богу.

– Господь услышал их молитву, – усмехнулся Том, пряча лютню за спину. – С тех самых пор он превращает баранов в благородных лордов.

– Пожалуй, что так, – буркнул Стэнли.

– Заткните свои паршивые глотки! – возопил Бочонок. – Как земля вас только носит, смутьяны! Уж будь спокоен, дядюшка, мы проломим им черепушки. И петь заставим – хоть про волка, хоть про баранов – про кого прикажите. Но только… твоему господину придется поделиться с нами содержимым своего кошелька. А то нам, знаешь, тоскливо как-то.

– Кончай, Бочонок, остуди язык. – Стив оттеснил его плечом и взял слугу за шиворот.

С неожиданной силой старик рванулся, и в пятерне разбойника остался отодранный воротник.

– Что-о?! – вскакивая, заорал дворянин. В пять прыжков он очутился перед Стивом. – Ты посмел тронуть моего слугу, падаль?!

Бесцветный взгляд Стива-колотушки потемнел от злости.

– Кто падаль? – Он сорвал с обидчика шляпу и швырнул себе под ноги.

Густые огненно-рыжие кудри дворянина взметнулись, словно языки пламени.

– Фредди!.. Он посмел тронуть даже меня!

– Увы, – вздохнул слуга. – Да покарает его Господь.

– Но, Фредди, ведь за это его полагается вздернуть?

Бочонок и Тихоня загоготали.

– Угу, – мрачно усмехнулся Стив, вытирая о роскошную шляпу башмаки, – вздернут, когда придет черед. А пока, чучело, я сам подергаю тебя за нос. – Он протянул руку к лицу дворянина.

Тот перехватил ее и сжал. На мгновение оба застыли. Пытаясь освободиться, Стив багровел от натуги.

– Погоди, дойдем до кулачков, – просипел Стив и что есть мочи рванулся. Потом рванулся еще раз и начал медленно оседать.

Свободной рукой дворянин стал наносить ему пощечины, от которых голова разбойника моталась, как привешенная на нитке.

– Запомнишь меня, падаль! – От последней оплеухи Стив полетел под скамью и несколько футов проехал на спине.