Интервью в чёрно-белом цвете

20

Темнота растворила салатовый цвет «сузуки» и синяк на скуле близнеца Коляна, который через окошко пытался доплюнуть до припаркованного поблизости «рено». Близнец Вова пихнул брата в бок:

– Завязывай, мудило. – И обратился к дремлющему за рулём старшо?му: – Слышь, Славик, а чё твой пахан не поделил с журналюгой? Базар хоть серьёзный?

Колян перестал плеваться.

– А чё, может, из-за бабы?

Славик перекатил зубочистку во рту.

– Не ваша проблема: вам платят. Меньше знаешь – крепче спишь.

Близнецы переглянулись.

– В армии он так хлебальник не открывал, – напомнил Вова.

– Мягким был, как тесто, – подтвердил Колян.

– Когда сержант Махмудов вытирал его харей сортир, – продолжил Вова, – только верещал: «Пацаны, что вы смотрите?!»

И Колян передразнил «верещавшего» Славика:

– «Пацаны, мы же русские!»

Старшой заёрзал на сиденье.

– Бля, чё вы так завелись? Кто знает, какой у них там расклад. Меня, прикиньте, на работу взяли на прошлой неделе.

Близнецы вновь переглянулись.

– Какого хера, – обратился к брату Вова, – он не сказал хозяину, что журналюга нас засёк?

Колян покосился на Славика.

– Обосрался в натуре. Из-за него мы дрочим здесь до утра.

– А какого хера, – продолжал допытываться Вова, – мы ломанулись на пятый этаж и засветились перед старухой?

Не выдержав давления, Славик резко к ним обернулся.

– Вы сами туда попёрли, говноглоты! Я шёл за вами!

– За вами! – передразнил Колян. – А кто у нас мазу держит, мы или ты?

И Вова развил мысль брата:

– На разборке, земеля, мы сольём тебя пахану.

Старшой саданул кулаком по рулевому колесу.

– Чё вам надо, суки?! Чё вцепились?!

Близнецы переглянулись в третий раз.

– Говно-вопрос, – пренебрежительно ответил Вова. – Вези нас домой. Выспимся до семи.

– Потом оприходуем баклана конкретно, – подхватил Колян. – Куда на хер он денется.

Старшой размышлял в нерешительности.

И близнец Вова привёл козырной довод:

– Как твой босс прошарит, что мы до утра отсюда свалили? Проверять, что ли, потащится?

– Это вряд ли, – перекусил зубочистку Славик.

Салатовый «сузуки» под покровом темноты покинул место засады.

21

Рита ощущала себя опьяневшей, однако не сомневалась в том, что держит ситуацию под контролем. Когда зампрокурора с кислой миной оплатил счёт, было без четверти одиннадцать. Официант, презрительно оттопырив губу, очевидно, клял про себя скупердяйство клиента.