Интервью в чёрно-белом цвете

Включив компьютер, Рита отыскала в Интернете разрозненную информацию о Горводоканале. Кое-что выбрала и скачала. Сюжет расследования стал смутно вырисовываться. Делая заметки в блокноте, Рита увлеклась.

Верка просунулась в дверь.

– В ресторан идёшь с молодым человеком?

Вперясь в текст на дисплее, Рита поправила:

– С человеком полезным. Я его использую, он планирует меня трахнуть. Ничего личного.

– Ты хоть сама себя слышишь?! – Тётка хлопнула дверью.

Рита вновь глянула на часы, чертыхнулась и ринулась в душ.

Минут через двадцать, посвежевшая и подкрашенная, она стояла перед зеркалом в дверце шкафа. Синее платье до колен с чёрным пояском на осиной талии, сумочка и туфли на шпильке также чёрные, и в ушах – мамины синие топазы. Золотистые с рыжинкой волосы уложены в пышный узел – девочка из мечты. «Ну как? – подмигнула Рита своему отражению в зеркале. – К бою готова?» И сама себе ответила: «Всегда.» После чего выпорхнула в прихожую, где, конечно же, её караулила тётка с дежурной улыбкой на карамельных устах:

– Вернёшься поздно?

Рита обогнула её и за порогом квартиры прощебетала:

– Сходите на горшочек, Вера Ивановна, и спите до утра.

Тётка то ли всхлипнула, то ли шмыгнула носом.

17

С параноидальной дотошностью Могилевич обследовал свою холостяцкую квартиру. В прихожей, в туалете-ванной, на кухне было чисто. В большой комнате, где к стене прикреплён турник и с потолка свисает боксёрский мешок, а в углу поблёскивают гантели, где к тому же поместилось пианино в окружении полок с книгами и всё это, благодаря мудрой планировке, ничуть друг другу не мешало, – здесь, Игорь мог бы поклясться, тоже никто не побывал.

В комнате поменьше, в кабинете-спальне, треть которой занимала жёсткая софа, плюс письменный стол с компьютером и шкаф-купе во всю стену (его Игорь осмотрел особо), и тут следов проникновения не наблюдалось. Впрочем, такой прыти от шпаны из «сузуки» Игорь и не ждал – просто действовал в соответствии с процедурой, ставшей уже привычкой. Меж тем сонливость его как рукой сняло.

Игорь принял душ, слегка перекусил и в домашних шортах присел за письменный стол. Из верхнего ящика он извлёк цифровой диктофон и нажал на кнопку воспроизведения. Послышался его собственный размеренный голос: «Подтвердите оба своё согласие на запись.» – «Зачем? – отозвался ныне покойный Василий Травкин. – Чтобы мы не вздумали потом отпираться?» – «Именно поэтому, – подтвердил голос Могилевича.