Битва… Интеллекта с Разумом. [Роман]

– Господин генерал, первоначальные сведенья получены и проверены, Свиридов Андрей Александрович, профессор геополитики, действующий Академик Российской Академии Естественных Наук, бывший бизнесмен международного класса, занимался поставкой вооружения при СССР…

– Достаточно, – оборвал грубо генерал докладчика. – Собрать на профессора всё, что можно и как можно быстрей. Сроку вам не более суток, – ещё жёстче закончил генерал, бросив телефонную трубку.

Генерал вышел из комнаты отдыха, сняв и бросив на стол галстук, который, как ему показалось, душит его, и, сев в своё кресло, стал нервно раскуривать сигару, окутывая себя сизым дымом.

Интеллект генерала напрягся, пытаясь понять, как этот Свиридов, которого новая контора страны, ободрав до последней нитки, прибрав его экономические мощности в закрома нужных людей, и, отправив умирать в забвении в горах Урала, снова возродился, и не просто живой, а ещё и угрожает своей деятельностью, им… вершителям судеб человеческих. На лбу вышла холодная испарина, страх, который был неведом Самуилу с детских лет, стал проникать в сознание.

Нервно жуя сигару, Сергей Яковлевич поднял заветную трубку, в которой тут же раздался характерный металлический голос, отдалённо тембром напоминая речь птицы попугай.

– Мы вас слушаем, Сэр. Гей Яковлевич.

– Группа самых опытных сотрудников уже работает на Урале, личность Свиридова Андрея Александровича в своё время была достаточно известна в международных экономических кругах, так же он доставил много проблем всем нашим ведущим конторам в прошлом, – подбирая и взвешивая каждое слово, говорил генерал, но металлический голос прервал его.

– Нам всё известно, и даже более, кто он и что… вы должны собрать всю информацию о его окружении и его планах.

– Я вас понял, разрешите ликвидировать без шума, всех, – озвучил простое решение вопроса генерал, ибо золотое правило конторы «нету тела, нет и дела» не раз спасало положение вещей в мире, сомнения не было и в этот раз, всё растворится в дымке пороха.

Виски сдавило, низкочастотный шум снова стал нарастать, металлический голос неистово заскрипел в телефонной трубке:

– Никакой самодеятельности, генерал, Вы упустили время его расстрела в девяностые, когда мы сделали всё, вынеся ему смертный приговор, даже близкие смирились с его смертью, а Вам, людишкам, нет чтобы привести тогда в исполнение, вы страну делить стали, выскользнул он от вас.