Пятьдесят оттенков хаки

Андрей пересел к окну и достал газету: читать, когда солнце практически не заходит за горизонт, было легко. Тишину неожиданно нарушил резкий звонок в дверь.

– Во! – снова вскочил Денис.

– Мой хороший, если ты не заснешь, за тобой придет бабай. Это он как раз звонит. Пойду, попытаюсь его прогнать.

Малыш в испуге натянул на голову одеяло. Андрей, с трудом протиснувшись по заставленному корзинами и баулами коридору, открыл входную дверь. На пороге стояли Надеждин, его замполит и воинственно настроенная Бедоносова.

– Что делают наши лейтенанты, если долго не открывают дверь? – с порога пробасил командир и шутливо добавил: – Доложите!

– Сына спать укладываю, товарищ полковник, – вытянулся Андрей. В спортивном костюме он чувствовал себя неловко.

– Молодец, – похвалил Надеждин. – А мы вот с замполитом обходим жилье выпускников. Показывай, как устроился, знакомь с женой и соседями. Где они, кстати? Неужто спят? – осмотрелся командир.

– Нет, товарищ полковник. Жена с Куримовыми ушла в кино.

Из-за плеча Надеждина показалась копна рыжих волос.

– Жена в кино, а муж с ребенком. Даже как-то странно, – с ехидством прокомментировала Бедоносова.

– Так ведь и вы не дома, – не растерялся Андрей. – Наверное, и у вас есть семья и дети?

– Мой младший сын ровесник вашему, – проявила свою осведомленность дама и акцентировала: – Я на работе!

– Но с детьми-то муж, – заметил Андрей, косясь на командира.

– Знакомьтесь, член женсовета части Анна Алексеевна Бедоносова, – поборов улыбку, представил женщину Надеждин.

– Очень на это похоже, – как-то неопределенно ответил Андрей, обыгрывая говорящую саму за себя фамилию.

Дама, с интересом изучавшая скромный интерьер кухни, не заметила скрытой иронии.

– Ходить в семьи мой священный долг! – выкрикнула она.

Чувствовалось, что гостье нравится быть при исполнении. Надеждин и его заместитель опустили глаза, скрывая усмешки.

– А что, жена вместе с Куримовыми ушла? – переспросил командир.

– Втроем отправились…

– А какого ж хрена он жалобы на вас строчит? Мол, житья не даете. Терроризируете, самовольничаете и все прочее.

– А вы бы захотели, чтобы в коридоре огурцы соленые хранились, а в ванной – бочки с капустой? – пошел в наступление Андрей.

– Это еще зачем? – не понял Надеждин.

– У них так в деревне принято. Вот я и возразил.

– Конфликт ясен, – засмеялся командир, представив ситуацию.