Фельдмаршал

Бывало, в него стреляли… И он спасался бегством…

Наконец, добрался он до местечка Терну, в Сёдерманланде. Его сестра Маргарита и её муж Иоахим Браге обрадовались ему.

Выбрав момент, после того как все успокоились от радости первых минут встречи, он завёл разговор о том, на что решился.

– Я хочу спасти Швецию от тирана!.. Или пожертвовать на это свою жизнь!..

Маргарита не сразу даже поняла, о чём это он… Затем, сообразив, вскричала, со слезами, готовая упасть перед ним на колени:

– Густав, умоляю тебя, оставь эту затею!.

Густав, зная, что его сестра простая и слабая женщина, стал убеждать зятя, что долг того – помочь ему в этом.

Но Иоахим Браге испугался от такого его предложения.

– Не-ет! – отрицательно покачал он головой. – Я в милости у короля!.. И должен явиться в Стокгольм на его коронацию!..

Он косо посмотрел на него.

– Тебе же лучше не показываться там! – продолжил он. – Пока не получишь от короля охранную грамоту!..

Густав с сожалением осознал, что зять оказался таким малодушным.

Они расстались.

Он ушёл на отцовскую мызу «Рефеснес»: решил отдохнуть там, собраться с силами. При этом он предупредил работников мызы, что скрывается, пришёл сюда тайно, чтобы никому не говорили о нём. Его, уставшего и разочарованного, не покидали мрачные мысли. Во всех местах, куда бы он ни совался, у старых друзей и родственников, нигде не получил он поддержки. Одни изменяли или могли изменить, выдать его. Другие же всего боялись, боялись людей короля Кристиана… И он запил… Затем одумался, снова встряхнулся, понимая, куда может завести это его…

И так подошёл конец сентября.

И ему, Густаву, после всего пережитого ужасно захотелось поделиться с кем-нибудь своими мыслями о том, что происходит в Швеции, закричать во всё горло, призвать людей, чтобы не верили королю Кристиану.

Узнав от работников мызы, что неподалёку, в монастыре Мариенфред, живёт сейчас престарелый архиепископ Якоб Ульфзон, он поехал туда, надеясь разрешить у него свои сомнения.

Архиепископ встретил его приветливо. Он проводил там, в тиши монастыря, остатки своих дней, поэтому был настроен благодушно.

Но у него Густав не нашёл того, что искал.