Фельдмаршал

– Тут недавно как-то я разговорился с Клютеном… И он мне сообщил, что Франциск, муж Марии, мальчишка шестнадцати лет, был настолько слаб, что даже не смог справиться с её девственностью… Хм-хм!..

Понтус смотрел на него несколько секунд.

– Ну да, тебе, болтуну, он так бы и рассказал про это!..

Он догадался об уловке приятеля.

– А куда мы побежим? – спросил он, уже спокойнее. – Мы же на острове! Все суда проверяют королевские сыщики! Отловят за милую душу!

– Не отловят! – рассудительно заявил Антуан.

Он помолчал, подождал, когда у Понтуса взгляд станет более осмысленным. Затем он стал излагать ему план бегства из Шотландии.

– Пойдём в наёмники! Из наших, из Пьемонта, есть ещё такие, что собрались на войну! С теми же шведами!..

Антуан был в ударе. Его уже достала служба при дворе Стюартов.

– Куда угодно! Но только подальше отсюда! – взревел он.

Понтус был сражён его откровенностью. Тот, оказывается, скрывал от него, от друга, свою ненависть ко двору Стюартов.

– Ты что – гугенот?! – напрямую спросил Антуан его. – Из этих! – с презрением скривил он рот. – Ах, я забыл, что ты из Лангедока! Альбигоец! Еретик! Божий избранник!..

– Перестань паясничать! – закричал Понтус, недоумевая, что случилось с приятелем, всегда холодно относившимся к религии.

– Из этих! Из манихеев! Катаров[57 - Манихейство (от имени легендарного перса Мани) – религиозное течение, получившее распространение в Римской империи начиная с III в. н. э. Катары (гр. katharos – чистый) – религиозная еретическая секта в Италии и Франции (в XI–XIII вв.

– Откуда ты знаешь?! – не выдержал Понтус. – Катары – это те же пуритане[58 - Пуритане (англ. puritan, лат. purus – чистый) – английская протестантская секта (возникла в XVI в.).]! Ты не знаешь даже этого!

Антуан как-то странно уставился на него, затем расхохотался:

– Ха-ха-ха! Ты на самом деле принял всерьёз всё, что я наболтал!

Он подскочил к нему, схватил его за пояс, легко оторвал от пола, крутанул и отшвырнул от себя так, что Понтус отлетел от него на несколько шагов и едва устоял на ногах.

Понтус готов был вот-вот накинуться на него с кулаками за этот розыгрыш. Но, увидев невинно улыбающуюся физиономию друга, он тут же простил ему это. Однако всё равно намял ему бока в потасовке, затеянной ради потехи.

Отдышавшись, они стали уже серьёзно обсуждать то, что предложил Антуан.