Огненная лиса

Мужчины медленно опустили гроб в вырытую и уже заснеженную яму. Все поочередно начали кидать пригоршни земли и прощаться с усопшим. Сёстры Юлиана плакали, братья стояли с хмурыми лицами и косились на вдовушку. Только дед Иван выкрикивал проклятья в адрес Анны. Непонятно почему, а может просто от безысходности или человеческой природы искать крайнего, дед Иван винил во всем случившемся вдову своего младшего сына.

Провожающие в последний путь пытались успокоить старика, но не проявляли особой настойчивости, поскольку сильно его боялись.

Вся семья знала об увлечении деда Ивана некромантией. Его злой язык мог навести беду на любого, кто заступится за Анну.

Дед Иван был высокий, худощавый, с впалыми глазами и острым носом, похожим на птичий клюв. Он размахивал перед женщиной своими тоненькими длинными ручками с скрюченными сухими пальцами.

В этот момент со спины к Анне подошла бабка Юлиана, сама чем-то напоминающая смерть, и забросила за шиворот пригоршню холодной могильной земли вперемешку со снегом и проплевала сквозь остатки своих зубов:

– Верная жена идёт за мужем…

Старуху оттащили родственники Анны, но она продолжала что-то бормотать с видом выжившей из ума старухи.

Пока ее отводили к краю кладбища, чтобы успокоить, она все время что-то шипела и выкрикивала непонятное, страшное, не человеческое. Уже тогда все знали, что бабка наложила проклятье, но какое и как его снять? И почему-то никто не подал эту идею Анечке, а так и оставили девушку с этим жить или доживать.

Каждый день оно набирало силу и сводило ее с ума. Анна вспоминала как они были счастливы до предсказания соседки. Она каждый день проклинала сама себя за наивность. На похоронах одного из родственников, за три месяца до смерти Юлиана, ее попросили помыть полы. Она была молодая и глупая и согласилась помочь бедным родственникам. Когда она шла домой, то местная ведунья бабушка Варвара остановила ее и спросила «в действительности ли она наплевала на приметы», и получив положительный ответ предупредила, что тем самым позвала смерть в дом.

– Кого первого родного увидишь тот и помрет! – предупредила старушка и ушла.

Подходя к дому, Анна услышала плач старшей дочери и сердце сжалось в страхе, слова предупреждения крутились в голове. Анна замерла у входной двери, но дочка надрывно плакала, закатываясь. Анна медленно открыла дверь в их избу и шагнула к дочери.