Мелодия дождя

У него же от физической близости в голове начинались ураганы и вьюги, включался автопилот, который вёл по жизни, то ли по неведомым приборам, то ли на ощупь, но однозначно без помощи разума. Юноша сам не мог понять, как в невменяемом состоянии справляется с управлением жизнью.

Лёнька не сердился на её язвительные реплики. Алина произносила их как бы мимоходом, не акцентируя внимание силой голоса или ядовитой интонацией. Так девушка разговаривала со всеми, не делая исключений и для него.

Резкость фраз и суждений подруга с лихвой компенсировала избыточной женственностью, способностью выразить посредством прикосновений и жестов безмерно восхищённое отношение к партнёру.

Едва дотронувшись до любимой, Лёнька чувствовал её трепетную дрожь, отзывчивую чуткость кожи, стремление возвратить силу чувственных переживаний, усиленную мгновенно воспламеняющейся страстью.

Нежно сжав ладонь подруги, глядя в её глаза, Лёнька мог провалиться в неуловимо-призрачную сладость эйфории. Лаская губами соблазнительное тело, надолго выпадал из реальности.

Неуловимым давлением пальчиков Алина способна дирижировать ощущениями, направляя юношу по тому пути, который дарит ей тягучую сладость. Как получается, что подруга знает лучше, чем он потребности и желания, свои и его?

Завести девушку можно лишь облизнув весьма чувствительную мочку уха, обнимая при этом за плечи. В её глазах моментально загораются искорки шаловливого желания, плещущего через край, а реальные поступки становятся решительными и дерзкими.

Свои фантазии Алина передаёт страстными движениями рук, бессовестно проникающими в запретные владения любимого, не давая, однако, повода для чего-то более серьёзного, грозящего её целомудренности непредвиденными потерями.

До поры влюблённые ограничивались лишь весьма смелыми поцелуями, подкрепляя их нежными прикосновениями, довольно откровенными и вольными, но с чётко обозначенными пределами допустимых границ.

К более глубоким отношениям ребята всё ещё не были готовы, что совсем не тяготило их, по причине девственной чистоты отношений и помыслов.

Застывая в бесконечном поцелуе, ненасытно проникая в интимные физиологические границы тел любопытными языками, изучая влажные глубины ненасытных ртов на вкус, возбуждая чувствительные внутренние сферы, они могли стоять без движения часами, не теряя интереса к взаимному познанию.