Дальний край

При этом то один, то другой говорил: «Хоть ты и не прав тогда был, но хорошо, что все обошлось, и мы с тобой закорешились».

В переводе на нормальный русский – это обозначает, что они крепко подружились, то есть каждый нашел себе верного друга в этом суматошном мире.

Незабываемые гастроли

Известно, что многие ностальгируют о прошедших временах. Всего скорее, надо вспоминать и, может быть, сожалеть о прошедшей молодости, когда они все успевали и многое удавалось.

В тот год, как только наступила зима, закончились наши экспедиции, и как обычно, почти все перебрались в город.

Мы с Борисом соскучились по родным, и очень хотели их увидеть, а поэтому строили грандиозные планы. Но за время работы на Дальнем Востоке мы узнали и о бытовавших, но слегка переиначенных местными насмешниками, словах Ленина: «Владивосток – город нашенский, но далекий».

Оно отражало главную проблему простого советского дальневосточника – почти постоянную нехватку денег на дальнюю дорогу, на активный отдых и на отдельные отпускные потребности и радости.

Понятно, что большая часть «статей отпускных расходов» для многих оставалась несбыточной мечтой. Поэтому слетать в отпуск и обратно, вроде бы, и можно, но на отдыхе придется вести скромный образ жизни.

А нам хотелось чего-то большего, и потому мы поступали соответственно другому известному изречению: «Голь на выдумку хитра».

Суть этой комбинации, не столь уж хитрой, состояла в том, чтобы совместить отпуск и командировку. По ней мы летели в Ленинград за казенный счет на командировочные денежки. Там участвовали в одной – двух конференциях и обсуждали результаты работ в родственных лабораториях. А потом, оторвав несколько дней от отпуска, еще съездили на конференцию в Москву в продолжение командировки.

Там тоже поучаствовали в конференции, и потом возвращались поездом в Ленинград. При таком раскладе покупку обратного билета на самолет до Владивостока можно было осилить, но еще оставалось достаточно денег, чтобы порадоваться жизни, свободе и встрече с родными.

В тот раз конференция в Москве оказалась довольно интересной. Дело в том, что помимо обоняния, мы изучали электрические поля морских рыб.