Обними мои кошмары

Она сделала достаточно подач, выступила принимающей стороной и беспокоилась, возьмет ли Константин на себя какую-то инициативу.

Не провожать его с потерянным видом.

Не заглядывать в глаза.

Пусть идет.

Пальто уже обтягивало его плечи, когда он вытащил телефон.

– Диктуй номер, нахалка.

Он набрал за ней, показал на экране, что записал ее под этим именем, и нажал вызов. В квартире крадучись заиграли скрипки, к ним присоединилась мелодичная челеста, а потом грянули басы современной аранжировки.

Евин телефон старался в оба динамика.

– Чайковский в гробу переворачивается, – покачал головой Константин, узнавший «Танец феи Драже».

– Держи.

В ее левой руке был брелок от шлагбаума. В крайнем случае, брату скажет, что потеряла.

– Как соскучусь – напишу, – ответил блондин, вскинув кулак с зажатым в ладони крошечным пультом.

– Аналогично, – сказала Ева закрытой двери. И сохранила его в контактах, назвав «Эстет».

* * *

Доспать не получилось даже после смены постельного.

Стоило закрыть глаза, как взбудораженный мозг принимался анализировать события, прыгая с эпизода на эпизод. Она, примерная девочка, у которой кроме Олега был всего один мальчик, и то назло маме, вот так взяла и сказала мужчине, чего хочет. Он согласился. Пусть и не сразу. И было круто. Невероятно.

На воспоминания о сне пришлось ставить блок покрепче. Может, проблема в том, что близится годовщина по Ари. Говорили, первый год самый трудный. Надо стиснуть зубы и не циклиться на этом.

Достаточно кошмаров наяву, не хватало еще мучиться во сне. Иначе придется идти на поклон к психологичке и просить рецепт на качественные снотворные.

После фиаско в страховой компании она ни на шаг не приблизилась к появлению дополнительного источника дохода. Найти работу человеку в ее положении непросто. Главным ограничением выступает состояние здоровья и идущая с ним в комплекте реабилитация. Еще месяц-полтора предстоит выполнять назначения. Днем! Потому что с инструктором.

Невесело, но на данном этапе карьеры Ева не может заработать своей профессией. Сосудистого хирурга из нее не получилось. Полная ставка терапевтом в центре даст копейки. На зарплату не снять приличную квартиру, не говоря о том, чтобы остаться в этой. Совесть не позволит предложить Эле оплату ниже рынка. Кроме того, роль проблемного довеска в семье брата уже надоела.

Можно, конечно, пойти в сферу, не имеющую ничего общего с медициной.