S-T-I-K-S. Лучник 2 (кваз)

Каремат и Калита? со своей женой Кхалиси делали то же самое, но внутри стаба. Они владели огромным торговым комплексом, несколькими гостиницами, саунами, банями и десятком крупных магазинов.

И вот относительно спокойная жизнь подошла к концу, но осознали это и Кастет, и Тихий только сегодня. И осознали они это весьма необычным способом – стая, ведомая крупной элитой, разнесла караван Менялы.

Меняла был необычным торговцем. За время своей жизни в Улье (а по слухам жил в Стиксе этот ушлый человек уже более трёх десятков лет) он знал очень многих людей, но основой его тяжёлой, но весьма выгодной профессии было то, что эти люди знали его.

Такое ведь часто бывает в людских анклавах: ты человека знаешь, а тот о тебе никакого понятия вообще не имеет. С Менялой всё ровно наоборот – его знали все, а вот он о многих даже не догадывался, но при этом караваны Менялы не трогали даже килдинги, атомиты, внешники и муры. Повторять слухи о том, что торговец вёл с ними свои дела, Кастет не собирался, но из песни слов не выкинешь.

К примеру, у его караванов своя постоянная охрана, вооружённая (а вот это уже совсем не слухи) нолдовским оружием и автоматическими пушками калибра двадцать три миллиметра. Про крупнокалиберные пулемёты, автоматы и снайперские винтовки войск спецназначения и изумительную экипировку от внешников говорить не приходится.

Очень часто к караванам Менялы присоединялись и те, кто по каким-то своим причинам ехал в Колизей. И это несмотря на то, что плату за сопровождение Меняла брал просто безумную, но сегодня всё пошло не так, как обычно – в тридцати километрах от Минутки караван Менялы уничтожили элитники.

Да-да. Элитник в стае был не один. Один выделялся – высотой с двухэтажный дом, но с ним ещё три элитника и куча всякой мелочи: руберов, кусачей, топтунов и лотерейщиков.

Впрочем, находились ли в стае именно лотерейщики, караванщик не знал, так как ему уже в который раз в жизни дико повезло. Меняла ехал во второй по счёту машине своего каравана и попросту сбежал, бросив на произвол судьбы и своих людей, и тех, кто ему доверился. Впрочем, каждый выживает как умеет, и Кастет Менялу не осуждал.

И вот теперь торговец просил, грозил, требовал, предлагал немыслимые блага за то, чтобы вернуться к разгромленному каравану.