На крыльях миражей

Дальше и того интереснее: она шла и падала через шаг, заплетаясь в его огромной обуви, застывала в нелепых позах, смешно комментировала нелепость ситуации, потешалась сама над собой, и требовала делать снимок за снимком, находя это занятие весьма забавным.

Вячеслав с удовольствием, даже с видимым наслаждением поддержал игру. С Алиной было изумительно легко и невероятно весело.

Когда ребята устали, а до дома ещё было далеко, пришлось опять меняться обувью. Дальше Вячеслав тащил Алину на закорках. Она, забавляясь, ворошила пальцами его шевелюру, дула на шею и уши, закрывала его глаза мягкими нежными ладошками, хохотала, как ненормальная.

Напротив, юноша изображал из себя необъезженного коня, потешно скакал.

Устав, они присаживались несколько раз на скамейки. Алина нежно брала его за руку, водила пальчиком по ладони, чего-то увлечённо рассказывала.

Вячеславу было совсем неважно, чего именно девушка говорила. Хотелось слушать и слушать этот мелодичный голосок, щекочущий чего-то внутри, отчего становилось приятно, словно от вибраций, издаваемых довольным котёнком.

Девушка к тому времени согрелась, уже никуда не спешила. Вячеслав растирал ладонями её холодные ступни, дрожа от каждого прикосновения.

Алина смотрела изумрудной зеленью глаз, а ему казалось, что чего-то большое и важное перетекает из них, делая его счастливым.

Юноша не предполагал, что такое бывает.

Потом были застенчивые, трепетные прогулки и свидания, робкие поцелуи, несмелые объятия, тысячи удачных фотографий.

Алина любила и умела позировать, двигалась грациозно, гибко, Запросто находила вызывающие,  жеманные, томные, настороженные, смешные и пикантные позы, легко изменяя выражение лица и характер портрета.

Такого вдохновения от фотографии никогда прежде Вячеслав не испытывал. Всё, чем они занимались вдвоём, вызывало восторги и ликование. Девочка восхищала каждым движением, фразой, жестом.

Прощаясь, влюблённые, конечно, это была уже не дружба, обещали, что любить будут вечно и бесконечно.

Неиссякаемый поток нерастраченной нежности омывал их тела и души, дарил неописуемое блаженство, в котором они купались, поглощая в изобилии новое, неизведанное, и радовались этому, как дети.

К следующей весне они поженились, всё ещё продолжая планировать в восходящих потоках восторгов.

Родители Вячеслава переселили бабушку к себе, им отдали однокомнатную квартиру.