Интимная гравитация

Ему ничего не стоило залезть, например, на верхушку сосны, чтобы посмотреть в дупло, где прячутся малюсенькие бельчата, пройти по карнизу плоской крыши пятиэтажки или ради спора спрыгнуть с балкона третьего этажа.

Это не значит, что он ничего не боялся, или был глуп: инстинкт самосохранения и воля к жизни были в нём необычайно сильны.

Конечно же, Виктору было страшно, но внизу  с обожанием и завистью на него смотрели друзья. Больше увечий и смерти он страшился показать свою слабость.

Как правило, товарищи были на три-четыре года младше Витьки.

Откуда и почему у него появилась настолько сильная неуверенность в себе, юноша не знал. Ему казалось, что смятение, беспомощность и робость, сковывающие мышцы и мысли, была с ним всегда.

Для того, чтобы внутри всё сжалось и кровь стала холодной, иногда не нужно было даже причин. Неуверенность, боязнь что-либо предпринять сидели внутри, и нагружали мозг, выдавая сотни вариантов самых худших стечений обстоятельств.

Чем сильнее Витька старался избавиться от страха неизвестности, тем настойчивее её избегал, иногда настолько глубоко погружаясь в переживания, что надолго терял связь с реальностью.

Но это происходило лишь тогда, когда на него никто не смотрел.

Маленькие мальчишки своим восхищением заставляли Виктора делать то, на что он не решился бы, не будь они свидетелями его “подвигов”.

Выдать страх было намного мучительнее.

Спросить у прохожего время, например, заставить себя Витька был не в силах: ведь на него никто не смотрел с надеждой увидеть бесшабашность и удаль.

У него сбивалось дыхание, начинали дрожать колени, появлялась сухость во рту. Он чувствовал, как что-то, живущее внутри, парализует волю, душит.

Простой вопрос так никогда и не был задан, даже если необходимость узнать что-то была предельная. Юноша готов был сделать что угодно, лишь бы избежать общения с этим тягостным состоянием.

Сколько раз он не спал ночами, обливаясь потом в мечтах о том, как завтра будет всем и каждому с лёгкостью задавать вопросы. Любые, всякие. Просто подойдёт и спокойным голосом, ведь ему это ничего не стоит сделать, узнает, где находится, например школа номер семь, или детская библиотека.

Во сне у него это иногда получалось.

С трудом.

Внутреннее сопротивление до конца не отпускало даже в грёзах, а в реальности превращало в комок нервов.