Дом с неизвестными

«Блатной, что ли? – окинул он паренька оценивающим взглядом. – Наколок не видно, фиксы не блестят, но говорит странно».

Он не возражал. Дело оставалось за дамой.

Но та мягко отказалась:

– Извините, я не танцую, – улыбнулась она незнакомцу. И положила прохладную ладонь на руку Сергея, чем окончательно его пленила.

* * *

В половине одиннадцатого к столу подскочил официант, одетый по ресторанной моде сытых 1930-х годов: широкие черные брюки, белая сорочка под темно-серой жилеткой, черный галстук, холщовый белый фартук и неизменная салфетка через согнутую руку.

Сергей попросил счет и расплатился за ужин; парочка направилась к выходу. Когда спускались по скрипучей деревянной лестнице под желтый уличный фонарь, он аккуратно держал Марию под локоток и сгорал от нетерпения. Ведь этот чудный вечер обязан был закончиться долгожданной близостью. По-другому и быть не могло. Иначе зачем она согласилась на головоломную авантюру и вместо Смоленска приехала в Троицкое?.

Справа от асфальтовой дорожки на травянистом бугорке сидел молодой парень – тот, что весь вечер развлекал народ пением. Он то ли закончил свой концерт, то ли устроил перекур – в кулаке его тлел окурок. Одет он был в выгоревшую солдатскую форму, однако вместо кирзовых сапог на ногах были ботинки. На груди блестели три медали и золотая нашивка за тяжелое ранение. Видавшая виды черная гармонь, инкрустированная белыми цветами, стояла по левую руку, по правую лежал деревянный костыль.

– Какая жалость! – Мария заглянула в свою сумочку. – У меня нет с собою денег…

– Не беда. – Аристархов полез за портмоне.

Выудив купюру, подал девушке. Та схватила ее и опустила в футляр, не забыв поблагодарить:

– Спасибо. Вы прекрасно исполняете старинные романсы.

Музыкант в солдатской гимнастерке кивнул и как-то странно посмотрел на нее.

Отойдя на несколько шагов, Мария шепнула:

– Он еще и слепой! Представляешь?!

Сергей вздохнул:

– Да-а… Повезло с талантом, но не повезло на войне…

* * *

Старшая сестра Марии Ольга, с рождения проживавшая в Смоленске, третьего дня получила от нее подробное письмо. Ольга была замужем, растила пятилетнего сына; устроенная жизнь ее текла привычно и размеренно.