Темные московские ночи

Можно было просто задержать его, предъявив удостоверение сотрудника уголовного розыска, но данный способ имел ряд изъянов. Во-первых, второй парнишка непременно сообщит о задержании родителям первого, и это спугнет главного фигуранта по имени Эдик. Поэтому тащить в управление придется обоих. Во-вторых, что сыщики предъявят конопатому пацану, если тот заявит, что все придумал? Что можно предъявить его старшему брату, куда-то таинственно исчезавшему с друзьями по ночам? Скажет, играли в карты на чердаке соседнего дома, бегали на свиданку к девчонкам.

«Не годится, – отмел Васильков мысль о немедленном задержании. – Тут надо сыграть тоньше, артистичнее».

И вдруг просияв, полез в карман галифе, где звенела мелочь.

Блестевшая на солнце монета лежала на правой ладони Александра. Сам он стоял вполоборота к мальчишкам и, будто задумавшись, глядел куда-то вдаль сквозь шелестевшие листвой вязы. А его рука, согнутая в локте, тем временем жила своей жизнью. Плавное движение пальцев, легкий поворот вправо-влево, и на ладони пусто.

Перед началом представления Васильков незаметно покопался в россыпи мелочи, выбрал самую нарядную, новую монетку, сверкавшую свежей полировкой. После этого он и приступил к таинству.

Конечно же, пацаны, стоявшие рядом с ним, не могли не заметить внезапной пропажи и столь же чудесного возвращения монеты. О том, что трюк привлек все их внимание, сыщик догадался по внезапно прервавшейся дискуссии о ночных похождениях Эдика.

Вместо приглушенного шепота слышалось напряженное сопение, а потом и возгласы восхищения:

– Ух ты!

– Как это у него получается?

– Не знаю. Здорово!

– Вот бы нам так научиться и показать пацанам в классе!

– Он, наверное, фокусник!

– Точно! В цирке небось работает.

Монетка тем временем волшебным образом то исчезала, то появлялась снова. Без звона, пыли и дыма. Суть фокуса заключалась в ракурсе, с которого зрители наблюдали за происходящим, а также в неприметном и отточенном движении большого пальца.

Неспешно повторяя хитрый трюк, Александр усмехнулся, вспомнив, как в юношеские годы на переменках тренировал навыки фокусника. Выходит, не зря ходил в школу.

Очередь продвигалась довольно быстро. Вот он уже перешагнул низкий порожек и оказался внутри магазина. Здесь было сумрачно, и пахло хлебом. Тихо матерясь, продавщица сражалась в подсобке с пустыми картонными коробками.