Свинцовая воля

– Поднимайся, – приказал Журавлев парню, потом перевел грозный взгляд на его приятеля, который проворно собрал вещи в тугой узел, и теперь с безучастным видом сидел прямо на асфальте, облокотившись на колени, равнодушно наблюдая за действиями милиционера. – Ты тоже поднимайся, – приказал ему Илья. – Поведешь своего подельника, а то ему с простреленной ногой трудно самому ходить. Будешь ему вместо сестры милосердия, – беззлобно хохотнул он, зная, как к подобным вещам относятся бывалые уголовники.

Здоровый бандит с видимой неохотой стал подниматься, но подстегнутый грозным окриком милиционера, поспешно вскочил, затем помог подняться своему приятелю, с отвращением перекинул его руку через свое плечо.

Журавлев закинул увесистый узел себе за спину, повел стволом пистолета в сторону Управления НКВД и сказал уже без всякого шутливого настроя:

– Давайте ворюги, топайте. Да не вздумайте по дороге какой-нибудь финт выкинуть, обоих пристрелю.

Подельники в обнимку медленно двинулись вдоль улицы. Один из них неловко волочил ногу в окровавленном сапоге, второй обнимал его одной рукой за талию, а другой поддерживал собственные брюки, которые без ремня постоянно сползали.

– Не рас-слаб-ля-ем-ся! Шире ша-аг!

В какой-то момент Илья даже хотел придать им дополнительной скорости, поддать под зад коленом, да постеснялся немногочисленных прохожих, которые стали потихоньку заполнять безлюдную до этого улицу.

А одна согбенная ветхая старушка с клюкой, едва бредущая навстречу, – очевидно направлявшаяся к утренней службе в только что обворованную церковь, – даже приличия ради не стала уступать мошенникам дорогу, а встала на пути их прямо посреди улицы и, глядя злыми глазами на парней, с негодованием пробурчала:

– Ничего святого в нелюдях не осталось.

Она пожевала ввалившимся беззубым ртом, собирая во рту побольше слюны, и смачно плюнула им в след. Но и этого оскорбленной в своих религиозных чувствах старухе показалось недостаточно. Она неожиданно по-молодому проворно догнала бандитов и со всей своей старческой мощи огрела ближайшего к себе парня, который и без того был наказан ранением в ногу, отполированной ладонями клюкой по спине.