Самый приметный убийца

Вот пусть вожаки обдумают, предложат, а то на все готовенькое!

И вот именно тут получилось точь-в-точь как на плавуне озерном: делаешь широкий гордый шаг на ровненькую распрекрасную зеленую лужайку, а под ногой пустота и не на что опереться.

Тупые оказались вожаки, в пустых их тыковках не было ничего, никаких своих идей. И, что самое противное, не желали они отвечать ни за кого, кроме себя! Когда же их начинали принуждать к самостоятельному думанью и требовали инициативы, то все они – от мелкой Ивановой до тринадцатилетнего Маслова – прибегали к взрослому, бесспорному саботажу.

Характер у Оли присутствовал, упорства было – не занимать. И все-таки совершенно очевидно было, что она на грани отчаянья.

Она и сама это признавала, пусть даже и по секрету:

– Я понимаю, о чем ты думаешь!

– Серьезно? – удивился Колька, который вообще ни о чем не думал.

– Да, – заверила Оля, – что на Лидию можно было плевать, она постоянно чепуху несла.

– Ах, это… да-да.

– …да. Но ведь она все-таки старшая, пусть и дура набитая, и по-своему пыталась решать воспитательные задачи. Нельзя же так откровенно плевать на взрослых!

Тут Колька не удержался:

– И что, взрослые правы уже в силу того, что они – взрослые?

Оля твердо заявила, что в данном случае именно поэтому:

– …и потому еще, что это не просто взрослый, а пионервожатая, лицо с доверием государства. Ясно?

«Мощно развернула, впечатляет», – признал Колька и счел за благо не настаивать.

В отличие от него самого, Оля субординацию понимала хорошо, пусть и по-своему. Сама же порой Лидию изводила… хотя всегда с почтением, и за рамки не выступала.

– Что, не права я? – требовательно спросила Оля, наблюдавшая за ним.

Коля немедленно отозвался:

– Да нет, наверное, права. Уважение должно быть, понимание и все такое. Особенно если человек в мундире, то есть при власти.

– Конечно! И с полномочиями! И тебе вот говорят, как взрослому, как сам ты давеча верно отметил: отвергаешь – предложи! А эти только носами вертят: все у вас не так, не по-людски, а как надо – не знаем.

Она задумалась, подбирая слово.

– Шайка? – предложил вариант Колька.

Оля почему-то заупрямилась:

– Ну не так же сразу. Но ничего хорошего, это точно. А там и до беды недалеко.

Вот тогда-то и прозвучало Колькино предложение:

– Тогда займи их важным делом.