Люди и тени. Тайна подземелий Кёнигсберга

Пел немолодой исполнитель, которому подыгрывали на флейте и лютне. Но слова вокалиста плохо укладывались в голове старого доктора.

– Позвольте полюбопытствовать, сударь, – обратился он к Вёллеру. – У герцога ведь давние отношения с московитами?

– Ещё в 1517 году герцог Альбрехт обратился к отцу нынешнего правителя Московии, великому князю Василию III за помощью в войне с польским королем Сигизмундом, и тот прислал ему своё посольство. Герцог принимал московитов в этом самом зале. Отсюда и его нынешнее название… A propos, знаете ли вы, что, возможно, царь Иван и наш герцог принадлежат одному роду?

– Поясните, сударь…

– Московский царь Иван IV ведёт свою родословную от Рюрика… Есть сведения, что и Альбрехт Бранденбургский тоже Рюрикович.

Некоторое время оба молчали, слушая пение, которое начал уже хор под сопровождение инструментальной капеллы. Наконец, Волькенштайн поинтересовался:

– Я слышал, что царь Иван Васильевич затеял войну…

– Да, русский царь неглуп.

– У них и у нас откроются новые возможности для торговли…

– Да! И я уже говорил, насколько богата эта страна! Представьте, сударь, мы ведём с московитами торговлю: поставляем им янтарь, а они нам – пушнину! Куницу, соболя, песца… А мы могли бы торговать этим с Англией, Голландией… Да со всем миром!.

– Но в море сейчас хозяйничают шведы…

– Вы правы. Придётся бороться с пиратами. Но, думаю, со временем, мы приструним и «викингов»…

Томас Волькенштайн обратил внимание на оживлённый разговор проповедника Иоганна Функа со своими приближёнными – Маттиасом Хорстом и Иоганном Шнеллом. Со стороны казалось, что они затевают какой-то заговор – настолько нелепо смотрелась троица на фоне всеобщего веселья.

– Долго ли вы отсутствовали при дворе герцога? – спросил он у тайного дипломата.

– Четыре года, – ответил тот. – И с грустью нахожу, что многое тут изменилось, причём не в лучшую сторону.

– Я всё больше убеждаюсь в том, что герцогу сегодня нужны не советники, чародеи и астрологи, а… надёжный защитник…

– Вы правы, – тихо произнёс Вёллер.