Глубинная ловушка

После пары зычных окриков местного начальства по трапу сбегает команда матросов и быстренько перетаскивает наш несусветный по объему багаж в специально отведенные корабельные помещения. Ну а мы в сопровождении командира корабля и Лоцманова идем размещаться в каютах. После размещения радушные хозяева приглашают пройти в кают-компанию, где для нас приготовлен ужин…

Да, что ни говори, а приятно, когда тебя считают профессионалом высочайшего класса!

За ужином слышим строгий голос вахтенного офицера, объявляющего экипажу готовность к бою и походу.

Звенят пудовые коридорные звонки – так называемые «колокола громкого боя»; по металлическим палубам громыхают тяжелые «гады» – своеобразного вида матросская обувь; корпус судна содрогается от набирающей обороты машины.

– Знать, британцы на подходе к Норвежскому морю, – прихлебывая чай, говорит Устюжанин, – коль мы в ночь срываемся в море.

Молчу. Какая нам, к черту, разница? Да и ночи здесь в июле – одно название. По распорядку должна быть темень, а на деле светло-серые сумерки.

Ничего не поделаешь – полярный день: солнце подобно мячику скачет по горизонту и не может толком за него закатиться.

Север. Мать его ртутным столбом…

* * *

Следуя полным ходом, к десяти часам следующего дня «Стойкий» преодолел триста семьдесят морских миль и прибыл в район встречи с британцами. Район находится в пятидесяти километрах к северу-востоку от знаменитого Нордкапа – высокого скалистого мыса на острове Магерё, считающегося самой северной точкой континентальной Европы.

Небольшое судно «Odyssey», принадлежащее британской компании «Marine Exploration», встречает нас тремя протяжными гудками. «Одиссей» похож на российские водолазные морские суда серии «ВМ», однако превосходит их водоизмещением, степенью специальной оснастки и размерами бортового крана. Мы отвечаем тем же приветствием и, отдав якоря, встаем неподалеку. Работаем в режиме радиомолчания, дабы не привлекать раньше времени норвежских пограничников и службы радиоперехвата.

Первым делом боцманская команда сторожевика спускает на воду катер. В его нутро усаживаются «пиджаки», к штурвалу встает мичман, и катер шустрит по волнам в сторону «Одиссея». Переговоры длятся всего десять минут, после чего британцы готовят оборудование и водолазов к погружению.

Готовимся и мы…

Глава четвертая

Москва

– Анна Аркадьевна, вы обратили внимание на пассажиров соседнего самолета? – интересуется Саша. В голосе звучат нотки восхищения.