Видящий. Ярл

Кивнув заскучавшему парню из младшего хирда Вагни, я вышел за частокол и двинулся вдоль моря.

Едва ли что-то может угрожать мне здесь и сейчас – так почему бы не прогуляться?

Через две сотни шагов я заметил среди деревьев огонек. В стороне от дороги, но все же недостаточно далеко, чтобы скрыться в темноте. И кому понадобилось разжигать костер почти у самых стен Эльгода?..

Но Хис, мелькнувший впереди мохнатой черной тенью, не выказывал беспокойства – и я пошел на свет. Кто бы ни решил погреться у ночного огня, он – или они – не представляли для меня опасности.

– А, это ты…

От неожиданности я вздрогнул, а рука сама потянулась к мечу – но тут же остановилась. Даже без «Истинного зрения» я узнал в худощавом силуэте Сакса. Тот уже опустил лук и убрал стрелу обратно в колчан.

– Ты ждал кого-то другого? – усмехнулся я.

– Я… – Сакс на мгновение задумался. – Я ждал Синдри. Он пошел проверять силки. Зима близится – охота все хуже.

– В Эльгоде достаточно припасов. Тебе нет нужды добывать мясо в лесу.

– Ты и сам здесь. – Сакс улыбнулся и потянул меня к костру. – Садись, выпей и съешь мяса. Я уже устал от пиров. С тех пор, как ты победил Орма Ульфриксона, мне чаще приходится браться за кружку, чем за лук. Уж лучше охотиться.

– Скучаешь по дому? – Я подстелил под себя плащ Рунольва и пристроился спиной к толстой сосне. – Наверняка там в лесах куда больше дичи.

– Верно, – кивнул Сакс. – Зато здесь никто не вздернет тебя, если ты вздумаешь охотиться на земле ярла.

Хороший вопрос. Только где он, мой дом? В четырех стенах квартирки на Омской улице? Или далеко за Большим морем, к востоку от земель Иллирийской Империи? Или…

– Мой дом здесь, – ответил я. – В Фолькьерке.

– Значит, и мой тоже. – Сакс отхлебнул из меха и кинул его мне. – Раз уж я поклялся Таранисом служить тебе до самой смерти.

– Скёль. – Я отсалютовал Саксу мехом и отхлебнул ароматной медовухи, явно позаимствованной у Иде.

– Скёль! – Сакс радостно оскалился. – Такое мне по душе. Да благословят Старые боги день, когда мы с тобой встретились.

Да уж, тот день – самый первый в «Гардарике» – я уж точно запомню надолго. А ведь Сакс с самого начала знал, кто я такой – только его, в отличие от остальных, подобное не смущало… наверное, не смущало.