Накаленный воздух

Креститель медленно развернулся навстречу, разлепил сухие губы:

– Ты вернулся, брат, чтобы проститься?

Волосы Йешуа чуть сползли на глаза, худой в запястье рукой он отвел их от лица. Узкая ладонь с длинными пальцами вылезла из широкого рукава. Другая ладонь сжала конец волосяного пояса. Голос прозвучал тихо:

– Да, – проговорил и глубоко вздохнул. – Мы больше не увидимся.

– Не увидимся, – согласился Иоханан, прищуривая глаза от солнца. – Не все в нашей власти.

– Не все, – подтвердил Йешуа. – Не все.

– Но ты не сожалеешь об этом, – сказал Креститель.

– Нет, – кивнул Йешуа. – Не стоит жалеть о том, чего не изменить.

– И начало, и конец предрешены, – помедлив, грустно сказал Иоханан.

– Я не думаю об этом, – отозвался Йешуа, ощущая песок в сандалии и переступая с ноги на ногу, – но ты мог бы продлить свою жизнь, если изменишь ее.

– Чтобы изменить жизнь, надо измениться самому, – невесело напомнил Креститель. – Я не собираюсь делать этого. И не требую этого от людей.

– Но ненависть укорачивает жизнь, – выговорил Йешуа.

– Любовь тоже не продляет ее, – усмехнулся Иоханан. – Когда-нибудь ты убедишься в этом. Любовь часто безответна и равнодушна, а в ненависти столько ярости, огня и страсти! – Его зрачки расширились и сверкнули. – Она дает силы.

– Прощай, Иоханан.

– Прощай, Йешуа. Но помни, человек слаб и беззащитен. Ему всегда надо на кого-то опереться. – Его взгляд упал на учеников. – Эти двое братьев близки тебе по духу.

Йешуа перевел глаза на Андрея и Симона, поймал их зрачки и притянул к себе: по спинам тех пробежала испарина. Коротко спросил:

– Пойдете со мной?

Ошеломленно и торопливо они посмотрели друг на друга и на Иоханана. Головы закивали, ладони запотели, языки оторвались от нёба, и с губ сорвалось:

– Да.

Креститель хмыкнул, махнул рукой, молча перекрестил всех и отвернулся. Андрей и Симон почесали бока и шагнули к Йешуа.

А на пригорке маячила фигура архидемона Прондопула.

Глава четвертая

Девушка

Прошло несколько дней. Пантарчук накрепко забыл о Магдалине. Но вдруг дернул звонок из больницы. Ему сообщили, что пациента выписывают и просят приехать за подопечным, ибо у того полная амнезия: не помнит ни себя, ни родных, ни знакомых, ни своего прошлого.

Петр возмутился, какой, к черту, подопечный, знать его не знает! Посоветовал обратиться в полицию.