Дебиземия

Я исполняю распоряжение фэра Быхома. Мои проводники будут в дороге сопровождать посланцев, пока не передадут их телозащитникам преза Фарандуса. Тропы, тропы, много троп впереди. Фэр Быхом всегда знает, что делает.

– Не сомневаюсь, Дарон, не сомневаюсь, – проурчал Бат Боил, смотря из-под бровей колющим взором. – Но у меня завелись лишние монеты, я хотел бы предложить их тебе, – он прищурился и доверительно приблизился к Особому порученцу. – Просьба так себе, пустяшная: включи в число проводников одного из моих терров.

Не беспокойся, он не станет помехой для твоих порученцев. Двести фарандоидов разве плохая гарантия?

Дарон сузил маленькие глазки, ему определенно не понравилась сумма.

Малкин слушал и предполагал, что интересы этих деби вряд ли сойдутся на какой-то сумме: Дарон не уступил даже Абрахме. При этом парень интуитивно почувствовал угрозу для людей: порученцы в роли проводников – это неусыпный пригляд и контроль, а стало быть, постоянное неотвязное охранение и никакой свободы. Все не по душе, все не так.

Вроде бы избежали участи терров, но оказались в клешнях Дарона. Ванька вздохнул и решительно прервал диалог между Особым порученцем и Батом Боилом:

– Ты бы распорядился, Дарон, чтобы нас покормили перед дорогой. От этой пищи, – показал на блюда на столе, – можно ноги протянуть.

– Еще никто не подох! – недовольно яростно вскипела Абрахма, хищно качая всеми телесами. – Здесь я распоряжаюсь, а не Дарон, запомни, посланец! Обойдетесь без жратвы, у вас нет фарандоидов, чтобы заплатить! Без монет налью холодной воды в ковши и по куску лепешки дам, чтоб с голоду не окочурились в Пунском землячестве.

Эй, Малыш, – грубо окликнула разносчика, зная, что тот за перегородкой хорошо ее слышит. – Приготовь иноземцам по куску лепешки с кипятком!

Дарон кивал головой, слушая Абрахму, затем глазками поймал усмешку Ваньки и повернулся к рядовым порученцам. Один из них от двери беззвучно метнулся к нему. Дарон незаметно вынул из кармана и сунул в руки порученцу крохотный деревянный горшочек, что-то шепнул в его оттопыренное ухо.

Тот неслышно скользнул по проходу к жаровне и скрылся за грязной, черной от копоти перегородкой. На узкой спине Дарона розовая накидка топорщилась. Абрахма брезгливо скривила губы, видя это, и проговорила странным призывным голосом:

– А ты, Дарон, не откажешься от штофа с горьким пойлом? Так и быть, фарандоидов с тебя не возьму, хоть ты наплевал на мою просьбу, – затем скосила глаза на сконфуженного мага.