Собеседование, или Место в строю

Откуда?

– Да я-то понятно! – не обратив внимания на его замешательство, гремел на всю улицу широкоплечий богатырь, в котором лишь открытая улыбка и еле заметные веснушки у глаз выдавали некогда до боли знакомое лицо. – После возвращения из армии уже третий год, как работаю здесь, в милиции. А вот ты откуда вдруг нам свалился? – шумел он, на радостях легко отрывая своего друга детства от земли и потряхивая в своих могучих ручищах.

– Вав-ка?.. – наконец, признав его, выдохнул и Феликс. – Валерка, Боже ж ты мой, как ты изменился.

Польщённый друг торжественно снял фуражку и, вытянувшись в струнку, отчего стал ещё длиннее и выше, неторопливо провёл широкой ладонью воображаемую линию от своей макушки над головой друга.

– Ну что, кто теперь самый маленький среди нас? – по-детски открыто засмеялся он.

– Да уж, – забыв о своих неприятностях, а заодно и о прохожих, сослуживцах Вавки, столпившихся вокруг них поодаль, наконец-то весело и задорно рассмеялся и Стариков. – Теперь точно не ты!.. Видимо Толстый, давно его, кстати, не видел.

– Да у него-то всё в полном порядке, похудел только, вовсе теперь и не толсты, работы, говорит, много, он же где-то у отца в строительстве главным инженером трудится, – рассказывал сержант. – Но всё-таки, всё-таки, какими судьбами тебя-то сюда, к нам занесло? Ты же, говорили, всё время в морях и походах, командир корабля, что ли.

– В прошлом, друг, всё ныне в прошлом, – нарочито бодро ответил Феликс. – А сюда, в отдел милиции, я насчёт работы заходил.

– Какой ещё… работы?.

– Для себя.

– Зачем это?

– Старший лейтенант запаса Стариков три дня назад приказом Министра обороны сокращен из рядов вооружённых сил, – по-военному чётко выпалил отставник. – А сегодня вместе с семьёй: женой, дочкой и сыном прибыл в родной город по месту призыва для дальнейшего проживания и трудоустройства.

– Ух ты!..

– И вот теперь, – продолжил, – как ты сам понимаешь, готов приступить к работе на новом месте, а кроме как управлять кораблями и водить личный состав по плацу строем меня за семь лет обучения в военных училищах и четыре года службы ничему другому не научили.

– Податься в родственные структуры, – искренне улыбнулся ему друг.

– Точно так!

–Да, уж… – задумчиво покачал головой Валерка, – ничего не скажешь: учили-учили, а потом раз… и сократили, отправив на произвол судьбы куда подальше с глаз долой за ненадобностью.

– Такова жизнь, друг! – усмехается офицер запаса в ответ.