Ночной нарушитель (сборник)

Верников подтащил к себе вторую подушку, лежащую рядом, натянул на голову: может быть, так удастся уснуть, с подушкой на голове? Есть люди, которым эта фига на макушке помогает… Вообще Верников всегда завидовал тем, кто умеет засыпать мгновенно, легко, – ему так заснуть не удавалось ни разу в жизни, все время он засыпал тяжело, с болью в висках, с щемлением в сердце.

Он зажато вздохнул – вот жизнь нескладная!

Вновь сосредоточенно, медленно, с трудом двигая губами, начал считать:

– Один слон… два слона, три слона… – Нет, сон не шел.

В самый канун Нового года, тридцатого числа, Верников выступал в двух сельских школах – вначале в одном селе, потом в другом, рассказывал про свою мятежную юность, когда спать приходилось с винтовкой в обнимку, да еще под подушкой держать наган на боевом взводе, ибо в критические моменты, когда приходилось оказываться лицом к лицу с врагом, все решали не секунды, не мгновения, а краткие миги, опережающие скорость звука – кто быстрее выстрелит, тот и окажется победителем.

У Верникова была ослепительная реакция – он стрелял быстрее других. Потому и остался жив.

– Потому я и остался жив, – пробормотал он слипающимися губами – сон, кажется, наконец-то начал брать его, – потому и остался жив…

Уже уснув, – во сне, тусклом и тревожном, – он вновь начал думать о себе и своем прошлом. В конце концов он может уже не таиться, прошлое осталось позади, бояться ему теперь нечего, те люди, которых надо было бояться, находятся на том света.

Недавно он услышал анекдот – в одной школе выступал участник Гражданской войны, которого представили как соратника легендарного Чапая.

– Расскажите о своих встречах с Василием Ивановичем Чапаевым, – попросили его любознательные школяры.

Ветеран вдохновенно огладил усы.

– Дело, значит, было так, – сказал он. – Лежу я за пулеметом, лента заправлена в патроноприемник, жду… Смотрю, через реку, через Урал кто-то плывет, ну, я приложился к пулемету, прицелился получше и дал очередь.

Верников рассмеялся во сне. – ему все-таки удалось уснуть окончательно, – смех был хриплым, булькающим, словно бы он, как и Чапай, захлебывался в водах Урала…

1 января. Контрольно-следовая полоса. 1 час 10 мин.