Дымовая завеса (сборник)

Серый не хотел убивать питбультерьера, но его к этому принуждали люди, стискивал и стискивал зубы на шее Чемпиона, чужая кровь заполнила ему рот, брызнула через ноздри и непонятно в конце концов уже стало, чья это кровь – самого Серого или питбуля?

Он добивал Чемпиона, так хотевшего перегрызть ему горло, но никакого удовлетворения не испытывал – зла в нем по-прежнему не было, как и выхода другого не было: Серый понял – если не убьет он, то убьют его. Люди загнали Серого в глухой угол, из которого другого выхода не было.

Питбуль попытался вывернуться, но только сделал себе хуже – резким движением выдрал кусок собственной глотки и предсмертно захрипел.

Бой, который питбуль хотел выиграть, он проигрывал, зацарапал свободной лапой по утоптанной, твердой, как асфальт земле, выдирая из нее крошки, попробовал сделать еще одну попытку, но безуспешно, и Чемпион стал быстро слабеть – что-то в нем надломилось.

Выигрывал этот бой Серый, но у людей был написан другой сценарий, и сценарий этот хорошо знал хозяин Серого.

Он сорвал с макушки шляпку, отер ею лицо, глянул вопросительно на устроителя боев – маленького, круглого как глобус человечка с длинными форсистыми баками, залезающими с щек на шею. Человечек судорожно сжимал обеими руками рупор.

А Серый тем временем добивал питбуля – Чемпион слабел на глазах, еще немного – и он совсем перестанет дергать лапами. Оба пса были измазаны кровью, от крови под ними даже почернела земля.

Устроитель боев очнулся, покхекал в кулак, поднес рупор к губам и дунул в горловину.

Рупор подчиняться не захотел, раздалось какое-то невнятное кваканье, будто в жестяную штуку эту забралась лягушка. Устроитель боев поморщился, откинул рупор в сторону – надоела старая консервная банка и сделал резкий взмах рукой – подал кому-то сигнал.

Мужики, столпившиеся в собачьем загоне, орали на все лады. Кто кричал азартно: «Куси его!», кто-то был более конкретен: «Рви ему глотку!», кто-то просто ревел по-пароходному и топал ногами.

Вид крови заводил людей, наполнял их неистовством. Таких людей и в таком количестве Серый еще не видел. Питбуль уже почти перестал дергаться, из глотки у него тянуло желудочной вонью, от которой Серого выворачивало наизнанку, но он держался, продолжал стискивать зубы.

– Выпускай второго бойца! – проорал кто-то громко. – Бой с подменой!

Неожиданно сверху на Серого налетел тяжелый гладкий пес, ухватил зубами за затылок, будто грушу, стиснул челюсти.