Злой мальчик

И вот я пытаюсь понять, зачем уже более пяти лет внутри моего дивана живет эта надпись: Елена… Крис Лоу… Елена… Крис Лоу… Может быть, этот диван посвящен чехольщицей Еленой этому самому Крису Лоу?

Посмотрел его фотки: в молодости был интересный хлопчик, а сейчас как нестиранный чехол.

В общем, бьюсь над загадкой. Нужен ум Умберто Эко, чтобы разгадать это послание. Может быть, нужно переставить буквы? Или подобрать шифр? Или?..

Ладно, пойду пока переверну чехлы. Им сохнуть, а мне – думать.

Падающая корзина

Раз в месяц у меня падает корзина на присосках.

И по своей реакции я понимаю, что у меня в голове.

Как это выглядит. Я лежу на кровати с ноутбуком на животе, рядом на столике кофе или кола-оранж. Я только что слушал в наушниках какого-нибудь Дебюсси. Снял их на мгновение, чтобы встать за… БАБАБАБАБАХШТРДЩЩЩЩЩЩ!

Это упала корзина в ванной.

Первая мысль: Путин отправил Росгвардию, космодесант, они запретили радугу, имя Валера, телефон юриста, срочно в «Фейсбук», зарядку для телефона, в колонию, на поселение, по Первому каналу, расстрелять Печейкина как бешеную гниду, раздавить пса, простите меня, люди, заявил адвокат, но поздно, не бейте, я не вафельный рожок, ааааааааааааааааааааа.

Все это проносится в моей голове за мгновение. Как поезд в метро.

Вообще нужна служба, которая будет ходить и раз в неделю колотить в дверь. Колотить и потом уходить. А уж мы сами себе все надумаем.

Поэтому лучше всегда быть в наушниках.

И слушать что-то погромче Дебюсси. Вагнера, например.

Нежность в метро

Два раза в жизни я видел в метро проявление абсолютной нежности. Первый раз – несколько лет назад, второй раз – вчера.

Сначала это была пожилая пара. Сидели на крайней скамейке, она вынула из пакета вареное яичко. Стукнула, почистила, посолила и передала ему. Медленно, спокойно и нежно.

Вчера это был парень с аквариумом, в котором плавала маленькая черепашка. Он все время держал его на груди или поднимал к лицу, переглядываясь с той, что внутри.

Парень как парень, черепаха как черепаха. Но вместе они производили киловатты животной нежности. На них смотрел весь вагон: бомжи, пьяные вэдэвэшники, просто бляди, москвичи и гости столицы. Смотрели, как на немых влюбленных, как на геев, как на раковых больных. Он поднимал аквариум к лицу и смотрел, как там она.

И от этой их любви вдруг не стало ни поздней ночи, ни Путина, ни Мордора, ни спама.