Былое

Оставалась тётка Матрёна в Игрово.

Игрово в 1964-ом состояло из трёх всего-то жилых

домов и десятка развалин. Но место было живописней-шим!

В тот год двое её сыновей Моисей и Павел проводили свои отпуска в отчем доме, т.к. мать уже была стара, и

сделать те же заготовки сена корове на зиму ей было не

по силам.

До той поры с Мишей и Павлом мы не пересекались, но тем приятнее было обнаружить в них единомышлен-ников по большинству моих тогдашних интересов. Это

касалось и спорта, и рыбалки, и охоты, и отношений с

женским полом и многих других.

В три пары мужских рук мы запросто управились с

сенокосом, набрали уйму грибов на зиму Матрёне Ефи-мовне, ягод, дров наготовили и вообще подобрали всю

работу по подготовке к зиме. Времени хватило и порыбачить, и поохотиться. Потом у Миши и Павла отпуска закончились и какое-то время до отъезда я в Игрово был

один. Мне уже не в диковину было уходить на реку, или в

лес одному, но от Игрово до Куножа было топать 3 км.

это вносило в процесс определённые неудобства.

Правда, прямо под домом тётушки протекала речушка по имени Ёмная, но это скорее был ручей, чем

речка.

В Ёмной тоже водилась рыба, но ловить её надо бы-ло с некоторыми особенностями. В ней водились приличных размеров хариусы и жили они в бочагах, это такие

59

уширения и углубления речки, где вода была почти стоя-чей. Фокус ловли в бочагах был в том, что приходилось

ползком к ним приближаться с укороченной удочкой, ти-хо ложить поплавок на воду и ждать.

берега вылетает тенью хариус. Хватает наживку и мол-нией опять под берег, вот тут-то его, родимого, и подсека-ешь!

Два – три хариуса и тишина! Либо иди к следующему омутку (бочагу), или жди, пока в этом хариусы под бе-регом потеряют бдительность! Я, как правило, не ждал и

шёл к следующему бочажку.

Каких-то особых приключений в то лето не припо-минается: либо взрослей стал и степенней, либо восприятие окружающего мира слегка поменялось и многое вокруг стало обыденнее, без тех акцентов, которые так свой-ственны детству и ранней юности.

Припоминается морожковое болото, петля на лося, истоптанная бедолагой площадка и его скелет, обглодан-ный волками. Видно было, что попал лось в петлю в конце зимы – начале весны, что волки его нашли раньше, чем хозяин петли.