Зубровский

Микрофон молчал, и Зубровскому было непонятно, слышит ли его Болховитинов.

– Как там мои снимки? – переспросил майор. – Прошли?

– Только что получил, – ответил Болховитинов. Его голос звучал глухо и неясно. – Сейчас просматриваю…

– И что скажете? – майору не терпелось услышать его мнение.

– Как я понял, ты теперь пришел к выводу, что объектом нападения будет Мзымтинская ГЭС. Тогда скажи, как они планируют это сделать? – в трубке раздался странный булькающий звук, похоже, каперанг ухмыльнулся. – Разве что с самолета? Но ведь это уже было, помнится, лет десять назад в Америке.

– А вам не приходила в голову мысль, что заряды можно заложить в конструкцию заранее? – ответил Андрей.

Трубка минуту молчала.

– Что ты имеешь в виду? Вряд ли им удастся пронести на плотину хотя бы грамм взрывчатки. Я знаю, какой там контроль…

– Им и не надо этого делать, если взрывчатку загрузить в бетон под видом гранита или цемента… – возразил Андрей. – Ее можно заложить и в арматуру. А бетон на плотину возили со всего черноморского побережья.

С минуту Болховитинов размышлял.

– Слушай, – голос каперанга изменился, стал официальным. – Я должен передать твои сведения по команде. Думаю, генералу будет небезынтересно взглянуть на то, что ты прислал.

– Так в чем дело? – спросил Андрей.

– В тебе. Когда сможешь появиться?

Андрей посмотрел на часы. Час дня… До Сочи два часа лета.

– К четырем, если вышлете машину на аэродром.

– Договорились, – каперанг разорвал связь.

12

– Да-а-а, – задумчиво протянул эмиссар, когда девушка вышла.

– Поэтому и выбрали, – быстро ответил помощник. – Такой красавице будет легче пройти через все препоны. Вряд ли у кого поднимется на нее рука.

– Да, только не рука… – ухмыльнулся Закаев. – Будем надеяться, что мужики в России еще не перевелись, – он задумчиво покивал головой. – Где вы ее нашли? Мне показалось, у нее светлые глаза… Обычно, такие бывают у детей из смешанных браков.

– Вы правы, – Фанум наклонил голову.

– Вот как? – заинтересованно переспросил Закаев.

– По матери, – объяснил помощник. – Отец – чистокровный чеченец. Когда ей было три года, развелся с женой и забрал дочку к себе. Она до сих пор не знает об этом.

Наклонившись к дивану, эмиссар задумчиво провел рукой по спине спящего кота.

– Что ж, может, это, и к лучшему. В общем, вам виднее. Но учтите, если сорвется, ответите за все сразу – и за нее, и за Красавчика.