Эта короткая – длинная жизнь

Если был виноват, то за все получал сполна, немного поплакав или вдоволь поорав.

Моя детская память хранит и трагические случаи. Наш дом находился в дачной местности, и по субботам и воскресеньям много народу приезжало из Москвы на отдых. Однажды выхожу во двор нашего дома, смотрю – толпа людей у большого куста сирени. Я пролез в первые ряды и увидел страшную картину: ногами ко мне лежали двое – мужчина и женщина, оба были уже мертвы, им перерезали горло бритвой какие-то подонки – за фотоаппарат и часы. Говорили, что это дело рук убийц из банды «Черная кошка».

И похожих случаев было немало в то время. Помню неспокойный вечер и очень тревожную ночь. Все бегали, кричали, плакали: у соседей, наших знакомых, старший сын учился в Москве, в институте. Вечером он возвращался на электричке домой и случайно попал под поезд – ему отрезало обе ноги. А парню было всего восемнадцать лет.

Помнятся, конечно, и приятные моменты. На станции был синего цвета ларек, который почему-то имел ванильный запах. Он был небольшой, но на его прилавках размещалась всякая всячина, здесь соседствовали товары ширпотреба и продукты питания.

Ширпотреб меня не интересовал, а продукты питания были разнообразные. Особенно запомнились маленькие и большие металлические круглые коробки с черной и красной икрой, разнообразные конфеты, шоколад и красивые коробки с пастилой. Белоснежные и пастельные тона этого продукта, его необычный, волшебный вкус остались в памяти моей на всю жизнь.

В центре, среди всех этих предметов торговли, висел портрет вождя, генералиссимуса Сталина, в летнем кителе, с улыбающимся, приветливым лицом.

Он как бы говорил: «Все это для вас, для народа. Вы это заслужили!» И я долго верил, что это так!

Хоть я и был отчаянным, озорным мальчишкой, но у меня была чистая и нежная душа от природы, и я, как многие дети, остро реагировал на добро и зло. Однажды вечером, сидя на кровати, я рассматривал журнал «Крокодил», где в иносказательной форме были изображены государства и их отношения между собой: Петух (Франция) сидел на шесте дворца, а к нему подкрадывался Лев (Англия), и мне было так жалко бедную птичку, которую должен был разорвать злой лев, что я горько заплакал.

В другой раз отец из Москвы привез живую рыбу, кажется, карпа. Он плавал у нас в тазу, и я с ним легко подружился, кормил его хлебными крошками, а он подплывал и все их съедал. Мы были друзьями! Но так продолжалось недолго; через два дня мать зарезала и зажарила моего друга – рыбу.