Хранители медальона. Пророчество красной луны

– Кто здесь? – спросил голос из-за стола.

– Мы новенькие, – сказала я, – нас директор за учебниками послал.

– Новенькие?

Стол окутался дымом, из которого появился небольшой человек. Хотя человеком его было сложно назвать. Скорее это было облако, сине-серого цвета в форме человека. Его подобие лица, круглое с большим горбатым носом, смотрело прямо на нас своими чёрными, как угли глазами. Рот расплывался в кривой улыбке, растягивая тонкие губы за пределы щек. Мы сразу поняли, что перед нами тот самый джин Абдул.

Джин висел в воздухе в позе лотоса, сложив руки на груди. Странная «козлиная» бородка постоянно вздрагивала, будто намеревалась ускользнуть от хозяина. Из одежды на нём были белые штаны-шаровары и яркая жилетка.

– Так вот как вы выглядите, странная пятёрка, – сказал джин, – ну что ж, вот ваши книги.

Он махнул рукой и в наших руках появились стопки книг.

– Не забудьте вернуть вовремя, – пригрозил джин, – не то прокляну так, что даже Хоттабыч снять не сможет.

Мы переглянулись, кивнули джину и поспешили уйти из библиотеки. Дальше мы отправились на третий этаж. К этому времени мы все жутко устали, в головах была неразбериха, и хотелось, как можно быстрее узнать, где находятся наши комнаты, а точнее кровати. Поднявшись на жилой этаж, мы поняли, что старик Хоттабыч имел ввиду, говоря о сфинксе – сфинкса. Существо с головой сокола, лапами и телом льва, крыльями орла и хвостом быка, золотого окраса ждало нас на третьем этаже. Сфинкс отвёл нас по комнатам и ушел.

– Отлично, мальчики направо, девочки налево, – сказала я и зашла в комнату.

Просторная светлая комната встретила нас уютом и тишиной. Солнце начинало потихоньку вставать. Только сейчас мы осознали, что шли всю ночь.

– Как хорошо, что впереди ещё две недели каникул, – сказала Оля, широко зевая.

Покачивая бёдрами, она пошла к дальнем углу, где в паутине стояла небольшая кровать.

Комната была рассчитана ровно на троих. Вдоль стен были расставлены три кровати: две по углам, находясь из-за этого в небольшой полутени и одна возле небольшого балкона с панорамными окнами. Вид из окна выходил на игровое поле и лес. Сам балкон был прикрыт шторами, цвет которых невозможно было угадать – они то переливались всеми цветами радуги, то становились ярко-голубыми.