Мутанты. Окаянные 90-е

Ещё денег, ещё, ещё…

Из занятной поначалу, хотя и рискованной игры, теперь постепенно это становилось смыслом жизни, определяющей чертой существования, и когда он платил за какую-то вещь, огорчения не испытывал – знал, уверен был, расставаясь с деньгами – скоро они вернутся снова. Никогда он ещё не был так счастлив, и решительно всё удавалось ему…

За три месяца Семён обновил свой скудный гардероб, купил во флигель портативный переносной телевизор, правда, смотрел его редко, в основном новости да передачи спортивные.

Походка его изменилась; он перестал семенить мелкими шагами, взгляд из испуганно – тревожного, постоянно ищущего, превратился в твёрдый, оценивающий.

Никто не тревожил Семёна, не следил за ним, не пытался посягнуть на его единственную ценность – сторублёвку заветную.

Понемногу он успокоился, понимая – все концы обрублены, прошлое как в воду кануло, и случайная смерть золотозубого благодетеля (а в том, что она была именно случайной, Семён теперь уже не сомневался) ничего не изменила в раскладе событий.

И тогда Семён выпрямился окончательно, осмелел, завёл себе даже барсетку вместительную, кожаную.

И самое главное – открыл он в любимой сторублёвке ещё один, поистине неоценимый дар – стал регулярно выигрывать в разнообразные лотереи, видно деньги она к себе как магнитом притягивала.

Выигрывал Семён по-разному – от десяти рублей до двадцати пяти тысяч. Когда проходил мимо ларьков, увешанных лотерейными билетиками, – будто что-то его толкало, останавливало и тянуло к окошку.

И совсем не удивился Семён, когда купив два билета «Русского лото», он, включив в воскресное утро телевизор, узнал, что стал обладателем миллиона. Не удивился, принял выигрыш как должное, мимоходом оценил, занёс в актив, и продолжал копить деньги дальше. Впрочем, такие большие выигрыши ему пока ни к чему были и, опасаясь огласки, с лотереями он закончил.

Появились у него две сберкнижки, прятал он их под плиту двухконфорочную.

В деревянной будке туалета, которую Семён собственноручно пенопластом и картоном утеплил, в потайной нише, лежал целлофановый кулёк, набитый купюрами, так, на всякий случай.

Начал было на ипподром похаживать, нравились ему лошади, но после того, как он несколько раз, поставив на безнадёжных аутсайдеров, крупно выиграл, понял – к нему стали присматриваться.