Краткий курс теории смерти

Только вместо Сибгидро теперь Диснейленд.

Взгляд конвоира ловит реакцию Глебовых зрачков.

– Да, – усмехнулся Глеб. – А я работаю Микки Маусом.

– Ладно, вы? – палец ткнул женщину.

– Можно вежливей? Фирма «Лечебные чаи и травы».

– Везёте траву?

– Да.

– Анашу?

– Вы что себе позволяете? Шлемник байкальский.

Ладонь конвоира рубанула воздух.

– С попутчиком разговоры не вести. Еду – питьё не предлагать. Упаси боже лезть с картами или интервью.

– Женщина-то нормальная, а он подсадной, – проводница скривилась на Глеба.

Конвоир насторожился среднеазиатской овчаркой и минуту соображал.

– С поезда уже не снять! – прорычал он. – Глаз не спускай!

Вагон резко дёрнул и погнал служебных людей. Мимо поплыл серый кирпичный забор с предупреждением «Не пытайтесь встать на пути товарного состава!» Провожающие бежали продлить счастливые секунды. Глеб с женщиной вышли в коридор, и она открыла сумочку.

– Здесь самое ценное. А у вас? Неужели оставили в купе? – удивилась женщина.

– Да, бумажник в кармане пуховика. Я потом покажу.

– Однажды едут со мной военный и жена, – доверительно понизила голос попутчица, – в дороге хорошо беседуем. А перед Питером жду у туалета, когда освободится. Военный подходит, вдруг засунул руку мне под футболку и хвать за грудь. Спрашивает – можно? Что бы вы сделали на моём месте?

Глеб оглядел бесформенную хламиду и пожал плечами.

– Вернулась в купе, а жена удивляется, – у меня вид, будто обидели!

– Так на вас защитная форма?

Она кивнула.

– Думаю, разведчик возвращается с холода, – дрогнул женский голос. – Нелегал по типу Абеля.

Разведчик продолжал возню и утихомирился нескоро. На стенке повисли серый костюм и английское пальто с меховым воротником. Полку украсил прозрачный контейнер с мылом и бритвенными принадлежностями. На столике толстый том «ДОЗ–120».

Мужчина в фуфайке с надписью San Francisco прямо держал очкастую голову. Глеб, переодевшись, залёг наверх лицезреть картины московской жизни, радостные глазу провинциала.

– Скушайте это, – протянула Глебу срезы колбасы на чёрном хлебе.

Глеб обрадовался, а разведчик слышно сглотнул.

– Может, и вам? – нарушила запрет попутчица, и разведчик вздрогнул.

– Пожалуйста, не провоцируйте, – ответил сиплый голос.

Многоэтажная Москва закончилась, жизнь опустилась ближе к земле. С украденной газетой повезло.