В закрытом гарнизоне

– Так это старший лейтенант Высоцкий? – делает круглые глаза Годок и кивает в сторону офицерского коридора (старший лейтенант заступил с утра обеспечивающим, и припухает у себя в каюте).

– А чего тут удивительного? – сладко зевает Желудок. – У Славки вон, батька генерал, а он тоже у нас служит. – Диалектика.

Отец у Гордеева действительно генерал, и именно он определил свое чадо в подплав, для перевоспитания.

– Так что, Миня, – хлопает Леха по плечу Годка, – можешь смело топать к старшему лейтенанту, пусть сведет с братом.

– Как это? – морщит тот лоб и недоверчиво косится на сослуживцев.

– Да очень просто, – наклоняется к парню Леха. – Постучишь в каюту, представишься, так, мол, и так, я почитатель вашего брата. Не дадите ли адресок, что б списаться и получить автограф?

– А он меня того, не пошлет? – чешет в затылке Лямин. – Это вам ни хухры – мухры, сам Высоцкий.

– Не, не пошлет, – уверенно заявляют философы. – Он добрый. Так что, давай, топай.

Пару минут Лямин колеблется, затем встает с банки и направляется к своей тумбочке.

Потом открывает дверцу и поочередно извлекает оттуда шариковую ручку и тетрадь.

– Давай, давай, не дрейфь, ты ж подводник – подбадривают его Гордеев с Крыловым, а Желудок громко икает и думает чего бы еще пожрать.

«Годок» проникается чувством собственного достоинства, решительно направляется в сторону высокого проема кубрика, затем следует по затемненному коридору и останавливается перед нужной дверью.

– Тук-тук-тук, – осторожно в нее стучит и, дождавшись ответа, входит.

– Чего тебе? – лениво поворачивает к нему голову от мерцающего экрана «Спутника», полулежащий на койке обеспечивающий.

Настроение у него лирическое, завтра выходной и можно сгонять в Мурманск повеселиться, в связи с чем, сегодня Высоцкий добрый.

– Я поклонник вашего брата, товарищ старший лейтенант! – сделав шаг вперед, значительно изрекает Лямин. – И если можно, хотел бы узнать его адрес, чтоб получить автограф.

– Поклонник говоришь? Ну-ну, – с интересом взирает на посетителя старлей. – Давай, пиши адрес.

– Шевеля губами и потея от радости, матрос аккуратно записывает.

– Прочти, что написал.

– Москва, театр на Таганке, артисту Высоцкому, – с восторгом шепчет тот.

– Молодца, – хитро щурится «брат», а кто тебе это посоветовал?

– Гордеев с Крыловым, – довольно гудит Лямин. – Сходи, говорят, к товарищу старшему лейтенанту, он добрый.