В закрытом гарнизоне

Добравшись до городского автовокзала, он нашел на табло с расписанием знакомый районный центр, купил в кассе билет и, до отхода автобуса, решил выпить кофе в уже работающем буфете.

– А может чего покрепче, товарищ старший лейтенант? – оценивающе оглядев рослую фигуру офицера, – заиграла глазами разбитная буфетчица.

– Рано, – подмигнул ей Серега, и, расплатившись, отошел к стоящему у окна столику.

Кофе был крепким и горячим, за стеклом рождалась алая заря, а в душе ширилась и росла надежда.

Поездка до располагавшегося в нижнем течении Северной Двины райцентра заняла ровно час, и когда мартовское солнце выкатилось из-за верхушек сосен, Гладков стоял на его центральной улице.

За прошедшие два года, здесь ничего не изменилось.

Напротив, через дорогу, монументально высилось рубленое, с красным флагом, здание райисполкома, рядом с ним белел афишами клуб и располагалась чайная, а далее тянулась череда с высокими крышами изб, над которыми в небо поднимались белесые столбы дыма.

Изредка проходящие по деревянным тротуарам местные жители с интересом поглядывали на Серегу, кивали ему как знакомому, и он им отвечал, – здравствуйте.

Теперь предстояла последняя часть пути, и, подхватив кофр, Гладков направился в сторону чайной.

Рядом с ней, с философским видом, стоял запряженный в розвальни мерин, а чуть дальше видавший виды «ЗИЛ», с затянутым тентом кузовом.

В чайной витал свежий запах пива, на обитой жестью стойке парил здоровенный, надраенный до зеркального блеска самовар, краснощекая буфетчица что-то щелкала на счетах, а за одним из столиков неспешно прихлебывали из кружек и закусывали вяленой рыбой два молодых парня и кряжистый, с бородой старик, в расстегнутом полушубке.

– Привет честной компании! – подойдя к ним, сказал Серега.

– Здорово, паря, – солидно кивнул старик, и парни сделали то же самое.

Далее Гладков назвал теткину деревню, которая была в пяти километрах от райцентра, и поинтересовался, не едет ли кто в ту сторону.

– Не, командир, мы в другую, – сказал старший из парней, и младший звонко повторил, – в другую.

– Ну, а ты, отец? – обратился Серега к деду, который в очередной раз приложился к кружке.

Тот неспешно ее опорожнил, довольно крякнул, и, огладив бороду, прогудел, – еду.

Спустя несколько минут они вышли из чайной, Егор Захарыч, так звали старика, – проверил упряжь, и сани, с устроившимся позади Гладковым, плавно тронулись в путь.