В закрытом гарнизоне

Впереди, с угнезденным на плече флотилийским знаменем, двухметровый, в белых перчатках лейтенант, с двумя, сопровождающими его здоровенными старшинами с автоматами, далее лучший в соединении экипаж, недавно получивший приз Главкома, и за ними остальные, всего полторы тысячи.

Лучи солнца играют на золоте офицерских погон, кортиков и шевронов, празднично синеют матросские гюйсы, в такт шагам взблескивают якоря на муаровых лентах бескозырок

– Не растягиваться, прибавить шагу! – изредка бубнят следующие сбоку экипажей старпомы, и черная волна минует широко распахнутые ворота контрольно-пропускного пункта.

За ним гудрон уходящей вверх дороги, и открывающийся сверху вид на поселок.

Он раскинулся в окаймленной сопками обширной долине и радует глаз почти городской перспективой.

Пяти и девятиэтажные дома вдоль заасфальтированных улиц, обширная площадь перед центральным универмагом, базовый Дом офицеров и школа неподалеку.

Улицы и площадь чисто подметены, дорожные бордюры и стволы молодых деревьев побелены известкой, на забранном в гранит, небольшом озере, свежей краской отсвечивает белый кораблик.

Перед универсамом, увенчанным лозунгом «Партия – ум, честь и совесть нашей эпохи», длинная, обтянутая кумачом трибуна с воинскими начальниками, а по обеим сторонам от нее гражданская часть населения, представленная, в основном, гостями, женами моряков и их чадами.

Здесь же, на противоположной стороне площади, весело сияет медью сводный духовой оркестр, а в ее дальней части, откуда ожидается появление маршевых колонн, хмуро прохаживается военный комендант с помощником, и по всему периметру, с равными интервалами, бдит стоящий в оцеплении караульный взвод.

Вообще-то, исходя из ранга, коменданту полагается стоять на трибуне, пятым справа от командующего, но в прошлый День флота случился досадный казус, и волей единоначальника полковник лишился такой чести.

А всему виною была компания гражданских специалистов из «почтового ящика», которая неожиданно возникла из близлежащего ресторана и, распевая «Варяга», пыталась принять участие в параде.

– Курвы, – морщится комендант, вспомнив ту историю и обводит тяжелым взглядом подведомственную территорию.

Она, как говорят, соответствует, за исключением стайки собак, вольготно расположившейся на прогретом солнцем гранитном берегу озера.

Братья меньшие с интересом наблюдают за необычным скоплением двуногих, почесываются и звонко выкусывают блох друг у друга.