Белая стрела

Название банда получила от города, в котором появилась, а основателями стали бывший армейский лейтенант Колигов, выпускники Института физкультуры Нелюбин с Игнатовым и бывший милиционер Солоник. Вначале они работали могильщиками на одном из городских кладбищ, а по ночам, «без отрыва от производства», занимались разбоями и грабежами.

Затем подтянули к себе еще дюжину спортивных ребят, расширив сферу деятельности, для чего угрохали, в стиле Дикого Запада, нескольких местных авторитетов. Подконтрольные тем фирмы: банковские организации, рынки, а также игорные дома – перешли к новой крыше.

В начале 90-х, накопив начальный капитал и изрядно ограбив местных бизнесменов, курганские полным составом перебрались в Москву. Потеснив местных братков и несколько проредив их ряды, заняли свое место под солнцем и стали активно окучивать столицу, занявшись рэкетом с грабежами, разбоями и похищением людей.

В ОПГ, насчитывающей более сотни бойцов, была почти военная дисциплина. Невыполнение приказов каралось вплоть до лишения жизни, а вступавшим доверяли только после совершения убийства.

– Ну что же, Виктор, завтра будь готов, – затушил майор в пепельнице окурок. – В том месте устроим засаду. Твоя задача, как только начнется стрельба, упасть, заползти под машину и лежать смирно.

– Ясно, – ответил оперативник.

Начальник проводил его в прихожую и, поглядев в дверной глазок, выпустил наружу.

– На связи, – ответил знакомый голос.

– У меня к тебе срочное дело, нужно пошептаться.

– Жду. Я на месте.

Высыпав окурки в унитаз и спустив воду, Левитин вышел на лестничную площадку, запер дверь квартиры, и вскоре от подъезда дома отъехал синий «Форд».

Спустя десять минут майор сидел в кабинете Орлова, сообщив, что передал Кукушкин. По этой ОПГ они работали уже два года и добились определенных подвижек.

В результате запущенной через агентуру дезинформации, а также ряда комбинаций, она вошла в конфликт с бауманскими, разразилась междоусобная война. Используя наемного убийцу, курганские поочередно отстреляли их лидеров: Глобуса, Рэмбо и Бобона, что не понравилось главарю ореховских Сильвестру. Тот захотел поставить беспредельщиков на место, за что был взорван на Тверской-Ямской в собственном «Мерседесе».