Источник

А там, где ты его найдёшь – забьёт ключ святой воды».

Показал ему во сне нужное место и исчез.

Аксён это место знал.

Проснулся, собрал всю деревню, рассказал про свой вещий сон.

Кто-то поверил, кто-то нет. У многих были дела. Некоторые смогли выкроить время и отправились на склон оврага вместе с Аксёном искать крест и источник.

Пришли они на место.

Чуть только копнул Аксён лопатой землю там, где указал ему Бог, только дёрн немного успел ковырнуть – из-под травы проявился край промасленной деревяшки.

Отбросил Аксён лопату, аккуратно руками снял слой дёрна, вытащил из земли небольшой прямоугольный предмет, завёрнутый в промасленные почти истлевшие тряпки. Развернул его, а там деревянный чехол, а в нём, старинный серебряный крест, а из земли, в месте, где он лежал, как и предсказывалось, забил ключ.

Этот самый ключ со святой водой.

Все, кто пришли за Аксёном упали на колени, а сам он навсегда стал другим – очень набожным. Поначалу вообще почти всё время молчал. Забросил хозяйство, отгородил себе в доме угол и почти всё время проводил там, молясь Богу, считая, что всё остальное не имеет смысла.

Его жене и детям стало очень тяжело – ещё бы, единственный кормилец забросил все дела… Но Бог их не оставил. Односельчане признали в Аксёне святого человека и помогали, чем могли его семье. Кто огород вспашет, кто поможет собрать урожай….

3. Аксён

Витя слушал Игоря и не верил своим ушам. Он и не предполагал, что его двоюродный брат верит в Бога. В те далёкие годы, верующие люди были, но Виктору они представлялись старушками в головных платках – скромными, несчастными, одинокими пожилыми женщинами, прячущими от посторонних людей свой взгляд.

Ему стало даже немного неловко за друга. – В те времена так открыто говорить о религии, было не принято.

Витя слушал брата, не перебивал, но его неловкость только росла, а Игорь, между тем, продолжал:

– Аксён словно и не видел ничего. Просыпался в своей коморке, отгороженной от всех, и молился без остановки Богу, не выпуская найденный крест из рук.

Его пытались вразумить и вернуть к обычной жизни. Сначала жена, потом родственники, друзья. Но он никого будто бы и не слышал. Отвечал односложно, больше словами священного писания.

Можно было подумать, что он сошёл с ума, но в те времена люди были набожны, многие из односельчан Аксёна видели, при каких обстоятельствах он изменился и безумным его не считали. Они оставили его в покое, считая, что теперь он Божий человек.