Сборник 333. Три повести и тридцать три рассказа

– Шутит, конечно, – сказал он. – Всё нормально сестрёнка, никто и никого здесь не осуждает. Что мы, не люди что ли. Лучше скажи тост, а то весь вечер пьём, а от тебя ещё ничего не слышали.

– Правильно, – поддержал Кузьмич, – выдай нам племянница что-нибудь этакое позаковыристей! Поработай немного своим острым язычком в мирных целях.

Дмитрий снова засмеялся, но стопки налил.

– Выпьем за любовь! – просто сказала Маша и выпила.

– За тебя Маша! – сказал Дима и последовал за ней.

– Только одно на уме…. – проворчал Кузьмич, но выпил тоже.

Андрей ничего не сказал. Он выпил свою водку и почувствовал, что снова поплыл. Это ненормально, думал он. – Не могут так говорить родственники друг с другом при постороннем человеке за праздничным столом…. Или могут…? А не всё ли мне равно…?! – заключил он и понял, что совершенно не хочет думать об этом.

Нужно начинать пропускать, решил Андрей, думая, что алкоголь основная причина его противоречивых мыслей и расфокусировки зрения.

Он ласково взглянул на Машу, поймал улыбку, что она адресовала ему, и улыбнулся в ответ.

Понял, что очень проголодался и, обратившись к столу, набросился на горячее, которое, как оказалось, уже почти остыло.

– Андрей! – обратился к нему Кузьмич. – Ты нам теперь человек не посторонний, а Маша мне вообще, как дочь. И потому ты должен знать! Она женщина импульсивная, бывает даже и невоздержанная иногда. Но запомни! – Мы Машку любим и в обиду не дадим никому! Будь ты хоть трижды пророк или носитель пророчества или хрен там тебя знает кто ты ещё, но я тебе лично башку за неё оторву, если что….

– Понял…

– А раз понял, не обижайся и давай выпьем! Налей нам Дима по фужеру беленькой…, мне с Андреем Михайловичем повторно побрататься надо.

– Не бери в голову – совсем расклеился Кузьмич, – шепнул Дима, Андрею, перегнувшись через стол, когда поднялся наполнять бокалы. – Но выпить надо всё равно и лучше по фужеру, как он и просил, заметит, что что-то не так – никогда не простит.

– И мне налей! – сказала Маша, протягивая фужер.

– А вот Машка молодец! – добавил Дима, наливая ей в фужер, а себе в стопку. – Пьёт, как лошадь и хоть бы хны.

Комендант с трудом поднялся из-за стола и долго о чём-то говорил. Андрей не очень-то прислушивался к его словам, он пытался контролировать своё состояние. Ему было трудно стоять неподвижно рядом с Кузьмичом, скрестив с ним руки, удерживать свой фужер и не расплескать. Ещё один фужер это уже перебор, думал он.