Ложная память

– Вот то-то, – сказал я, – хорошо не было жертв, но про стоимость тех восстановительных работ даже вспоминать не хочется. Мы с вами, Игорь Петрович, находимся на глубине 2870 метров от уровня моря, а здесь, любая, самая незначительная ошибка может очень дорого стоить. Пойдёмте лучше, пока мои ребята занимаются, посмотрим результаты тестирования установки регенерации.

– Машенька, – позвал я ещё одного своего сотрудника, – вы с нами, без вас мне будет не разобраться в их тарабарщине.

– Не скромничайте, Владимир Михайлович, – ответила она, – все знают, что лучше вас специалиста нет.

Надо сказать, что я терпеть не могу лести, но из уст этой женщины слышать такое было очень приятно.

– Да…, хороша Маша, жаль, не наша, – очень тихо, так чтобы никто не слышал, почти шёпотом, сказал главный инженер.

Но я был рядом и невольно услышал его слова. Справиться с собой я просто не успел, мой красноречивый взгляд, и недовольное выражение лица заставили его поперхнуться.

– Молчу, молчу, – с лёгкой улыбкой ответил он. – Может, до результатов тестирования по кофейку? Вы как, Мария Ивановна?

– Если Владимир Михайлович не возражает, я с удовольствием, – ответила она. – Ну как, Владимир Михайлович, – улыбаясь, добавила Маша, взяв меня под руку, – не угостите даму чашечкой кофе?

– Маша, мы же здесь не одни, кругом люди, – сказал я вполголоса ей на ухо, возбуждаясь от её прикосновения и сдерживаясь из последних сил.

Близость этой женщины доводила меня до умопомрачения. Маша это прекрасно знала, пользовалась этим при любом удобном и не очень удобном случае, да и сама испытывала нечто подобное. Нам с ней было очень хорошо, в чём-то мы идеально подходили друг другу, но это была тайная связь.

Я был давно и счастливо женат, она была одинока, и в это верилось с трудом, ведь она была очень красива, но не той броской, кукольной красотой, а мягкой, неявной, той, которую дарит сила большой души и огромного обаяния.

Несколько импульсивный характер в сочетании с неординарным умом и острым язычком, на мой взгляд, только добавляли ей очарования. Хотя мой взгляд вряд ли можно было считать объективным.

Маша мне очень нравилась.

И, тем не менее, я не мог объяснить её одиночество и её странную, на мой взгляд, симпатию ко мне, ведь я был значительно старше её.