Моя война

Парень стоял как мумия, бледный, испуганный, но безумно рад своему совершенно удивительному спасению.

Не обращая на него внимания, незнакомец опять повернулся к тому, кто стоял с поднятыми руками вверх.

– Ты у нас хто?

– Только не убивай! – толстый Федерал побледнел, видя перед собой ствол пистолета.

– Да ну, брось! Я Русский и законы природы знаю. Сдался, значит живи. Дерёшься, значит дерись, пока не победишь, ну или пока не убьют. Всё почестному.

Он обошёл вокруг пленного, с интересом разглядывая обмундирование и экипировку Федерала.

– Дружище, – наконец Святослав обратил своё внимание на избитого парня, у молодого человека дрогнули ноги и он опустился в траву, – уже всё прошло. Можешь расслабиться.

Пленник облегчённо выдохнул. Слегка сгорбился и принялся рукавом грязной, давно не видавшей стирки рубахи, стирать кровь с разбитого лица. Юноша то и дело стрелял глазами на своих мучителей, и в этих взглядах не было ни капельки жалости и сочувствия. И этот взгляд незнакомцу понравился.

А тем временем, спаситель основательно обыскал живого Федерала. В карманах оказался кожаный портмоне с банковскими картами, несколькими визитками, десяток двухтысячных и столько же сотенных и двух сотенных купюр. Деньги быстро перекочевали в карман его камуфляжа, а кошелёк вернулся на прежнее место. Несколько презервативов и упаковка жвачки, то же вернулись к хозяину.

– Ты как? – спросил Святослав освобождённого человека, снимая с пленного ремень.

– Уже лучше. Если бы не вы… – кривясь от боли, с трудом открывая рот, пытался поблагодарить своего спасителя, – … то уже, наверное, был бы трупом.

– Ты о них плохо думаешь. Эти гады, мучить умеют. Дня три над тобой бы поработали, а потом либо ты умер, либо всё рассказал и потом всё равно умер, – руки Федерала были крепко связаны.

Усадив на землю своего пленника, Святослав собрал оружие и патроны у убитых. Получился неплохой арсенал пять пистолетов марки «Берета 96G» старенький, но с хорошей останавливающей и пробивной силой, несколько громоздкий, скрытно не поносишь, но округлая спица курка не цепляется за одежду, с полными обоймами и десять запасных по одиннадцать патронов в каждой, и коробка россыпью, ещё два ножа, среднего качества.

– Идти сможешь? – обратился спаситель к своему спасённому.

– Да, вроде.