Камень молчания. Рассказы и присказки разных лет

 – Смотри, любуйся, каких уродов там только нет.

Он на мгновение замолчал, а я оглянулся.

Да, в застывшей толпе было множество неприятных лиц. Были и такие, что вызывали отвращение, но были и те, что привлекали сиянием доспехов, но большинство не выделялись ничем – такие же обычные, как и мой собеседник.

– Вижу, начинает доходить, – сказал он. – И мой тебе совет – на сияющих, вообще, лучше не смотри. Выберешь – ослепнешь и перестанешь понимать зачем, их выбирал.

– Почему?

– Выберешь – поймёшь. Ты ещё их глаз не видел.

– А кстати глаза – почему они у всех закрыты? – спросил я. – И почему они все застыли?

– Я же тебе говорил. – Застыли потому, что пока потенциальные – минимум функциональности и самостоятельности. Сказали идти – идут. Сказали стоп – замерли. Можно считать, что их ещё и нет – этакий виртуальный образ, подготовленный для твоего ознакомления. А глаза закрыты, для безопасности. – Никогда не слышал о магии взгляда?

– Нет.

– Ну и не надо. Одно могу сказать – Пока они тебя не видят – всё хорошо.

– Вот вы сказали эти возможности – я кивнул на толпу за его спиной – подготовлены специально для меня. А кем они подготовлены?

– Ну вот, – ответил всадник. – Ты, как всегда, всё испортил. – Этим вопросом ты фактически про**ал все свои возможности.

Раздался страшный грохот, тёмное небо перерезало молнией пополам. Луна стремительно упала за горизонт, а из-за горизонта, скачком приблизилась тьма.

– Не обо всём можно спрашивать вслух! – крикнул он, пытаясь перекричать шум, истончаясь на моих глазах.

Вот и нет у меня последней возможности, мелькнула в голове нелепая мысль….

Дальше не было ничего необычного.

Я обнаружил себя в собственном кресле – в том самом кресле, в котором и начал своё погружение.

Прислушался к ощущениям. – Состояние безысходности возвращаться не собиралось, внутренние голоса успокоились, а настроение поднялось.

Потеря, о которой мне поведал всадник перед тем, как исчезнуть – не казалась страшной.

– Не возможности и были, – проворчал я, вспоминая их мерзкие рожи и передёрнулся от отвращения.

Но всадника было немного жаль. – Растаял прямо у меня на глазах, а вроде нормальный мужик был, думал я. – Немного грубоват, но в меру. Говорил по существу. Можно было и пообщаться.

Может быть, попытаться его вернуть?

Ведь я всё ещё не забрал трудовую книжку.