Весы времени

Сам увидишь. Если ты про врачей, то это тоже к лучшему. Значит, всё прошло нормально….

– Вот именно! Нормально, а не хорошо! – немного повысил голос Паша.

– Скажу по-другому. В штатном режиме.

– Знаешь, легче не стало.

– Ладно. После операции лежит без сознания или в коме, но не умер. Понимаешь? Главное, он не умер! А в коме, человек, может долго пролежать. И неделю, и две, и даже месяц. Всё будет хорошо! Я с тобой, и чтобы не случилось, я тебя не брошу.

– Потому что, он хороший… – прошептал Голощапов, вспомнив детский стишок.

– Что? – переспросила Наташа, не расслышав последних слов.

– Спасибо любимая! – он повернулся и поцеловал её в губы.

Они так и заснули в объятиях друг друга.

Громкий напев попугая Кеши из мультфильма раздался из дальнего угла спальни. И, с каждой секундой, становился всё громче и громче. Всё противней и противней. И вот уже голос Кеши, заполнил всё пространство квартиры. Хозяин, с трудом открыл глаза, потянулся и зевая, первым встал с кровати. Протирая заспанные глаза, подошёл к столу, на котором лежал телефон.

Поднял его, нажал сброс и опять вернул на место. Сам же, собрался обратно лечь в тёплую постель, но Наталья проскользнула мимо него. На ходу чмокнула в щеку и нежно произнесла:

– Я в ванную!

– А я в постель…

– Нет!

– Это значит, мне надо приготовить кофе? – задал он вопрос вдогонку, и не дожидаясь ответа, побрёл на кухню, где засыпал молотые зёрна в кофеварку, налил воды и нажал на кнопку. Аппарат приятно зажужжал и забулькал…

…Пока Павел принимал водные процедуры, и брился, Петрова приготовила их любимый завтрак – сырники.

Они лежали на тарелке, с голубой каёмочкой, горячие с золотистыми боками и очень аппетитные. Кофе со сливками, налитый в чашки, дымился лёгкими струйками пара, и растворялся в воздушном пространстве просторной кухни, оставляя после себя нежный аромат спелых и прожаренных зёрен.

– Боже, какие ароматы! – воскликнул Павел, входя на кухню.

– Спасибо! Но кофе, это дело твоих рук! – отозвалась Наталья.

– Так я и говорю! Божественный запах! Обожаю творения сего непревзойдённого и гениального повара! – придавая своему лицу важный и гордый вид, Голощапов проследовал к обеденному столу. Я бы ему пять звёзд Мишлена дал, причём сразу!

– Ах ты, зазнайка! – Наташа кинула в возлюбленного кухонное полотенце.

Он, не моргнув глазом, поймал и, усаживаясь за стол, положил его себе на колени, и важным тоном, продолжил:

– Спасибо! Вы очень любезны.