«Морской» бронепоезд

Прямо здесь, подожду! – берёт следующую папку.

Капитан первого ранга всплеснул руками:

- Ну что мне, с тобой делать, а?! Вот ты упрямый, Михаил Ильич! – он прошёлся по кабинету, – Вот если б, не знал тебя раньше, выгнал бы в три шеи, из своего кабинета! Или вообще, в кутузку бы запер. Может, там бы, остыл! – садится на свой стул.

Михаил спокойно, пробегает глазами по личному делу. Отвечая, пожимает плечами:

- Ваше право, Поликарп Матвеевич. Но поймите! Бронепоезд, это тот же корабль. Уйти в море, не в полном составе, плохая примета.

Матросы не поймут.

– Какие к чёрту, плохие приметы?! Отставить плохие приметы! – закипая, отвечает капитан первого ранга и поднимается со своего стула, – Мы, Советские люди! И в приметы, нам, верить нельзя! Или вы забыли?!

- Сейчас, война идёт. И люди, не только в приметы верят, но и в Бога…. И запретить вы им, не силах. Да! Представьте, даже в храмах службы разрешили!

Командир первого ранга, задыхаясь от возмущения, едва не кричит на своего «протеже»:

– Чернышковский, да ты… ты, что совсем охренел?! – он вышел из-за стола.

– Нет, разве только, самую малость! – старший лейтенант упорно стоит на своём, – Вы поймите, Поликарп Матвеевич, хороший комиссар в подразделении, это лучше любого батюшки! Он матросам и Бог, и Отец, и друг, и, в конце концов, как батюшка. Вы же сами, не один год во флоте! Я уверен, что вы, всё прекрасно понимаете, о чём я говорю. Просто, есть приказ сверху, и вы, боитесь его нарушить.

Капитан первого ранга шумно выдохнул.

Прошёлся по кабинету. Почесал затылок. Потом быстро подошёл к телефонному аппарату и вдруг, остановился, и ещё раз внимательно посмотрел на Чернышковского. Словно ожидал от него подвоха. Но Михаил, взгляд начальства выдержал. Поликарп Матвеевич, взял со стола пачку папирос, достал одну, прикурил. Затянулся и только потом, заговорил:

– Ладно! Чёрт с тобой! Попробую решить твою проблему. Но! – он поднял указательный палец правой руки вверх, и, пригрозив им Михаилу, строго добавил, – Но, чтобы у меня! С дисциплиной, всё в ажуре было! Если что, погоны к чёртовой матери! В штрафбат пойдёшь!

Михаил Чернышковский согласно кивает головой.

– Буду стараться! Поликарп Матвеевич, вы же меня знаете.

- Вот то-то и оно, что знаю! – Поликарп Матвеевич смягчает тон, подходит к телефонному аппарату и поднимает большую чёрную трубку, ловким движением крутанул ручку и поднёс её к уху.

– Дежурный! … Соедини меня, с военно-политической академией имени Ленина. … Жду.