Погоня за оборотнями. Детективно-психологические романы

Вол, выгружай поддачу!

Тот послушно принялся доставать из пакетов спиртное и продукты. На «столе» появились три бутылки водки, банка сока, банка маринованных огурцов, большой круг колбасы, две буханки хлеба, несколько коробок консервов.

– Ну, Лось, ты даешь! – уважительно произнес Проша, глядя на это изобилие. – Гуляем, шпана!

На одном из ящиков в углу стояли замызганные стаканы, лежал большой ржавый кухонный нож. Вол, видимо, знал свои обязанности: расставил на «столе» стаканы, крупно порезал колбасу и хлеб, и принялся открывать банки с консервами.

Проша плюхнулся в кресло, по-хозяйски оглядывая помещение. Павел присел напротив на одном из ящиков. Айна и Колян расположились на диване.

– Ну, а кто на наливе? – недовольно спросил Проша?

– Давай я буду банковать, – отозвался Павел.

– Молодец, уважаешь честную компанию, – в голосе Проши прозвучала еле уловимая насмешка.

Вовсе не из уважения Павел вызвался наливать. Просто так было проще контролировать процесс: себе наливать поменьше, остальным – побольше…

– Кто не был – тот будет, кто был – не забудет! – провозгласил тост Проша, изображая из себя матерого уголовника.

Выпили. Все, кроме Павла, набросились на еду. Постепенно пьянка стала набирать обороты. Проша хвастал «подвигами», Айна коротко рассказала, как ее и брата повязали за кражу из школьной столовой, но им удалось разжалобить следователя, и они отделались легким испугом. Колян все время ел, и Павел удивился: как в это тщедушное тельце влазит столько пищи?

Он, несмотря на то, что наливал себе поменьше, чувствовал себя прилично захмелевшим, видимо, потому, что почти не закусывал, не в силах побороть в себе брезгливость.

– А ну-ка сдрысни отсюда! – уперся в него пьяными мутными глазами Проша.

– Не надо, – прошептал Николай.

Проша схватил его за шиворот и швырнул в кресло. Айна постаралась отодвинуться, но Проша схватил ее за волосы.

– Ложись, сука! – рявкнул он.

Айна попыталась сопротивляться, но, получив сильную затрещину, покорно обмякла.

– Ишь, падла, человек с нар откинулся, а она тут кочевряжится! – рычал Проша, задирая ей юбку и рывком срывая колготки вместе с трусиками.