Позывной «Ярила»

Израненная траками многих БМД и колесами бесчисленных тяжелых автомобилей дорога, хотя была и короткой, но пассажирам в кузове пришлось не сладко. Мотало так, что приходилось хвататься друг за друга, чтобы усидеть на скамейках. Но Вадим к такому пути был привычный. Тесно, не комфортно, конечно, но зато на голову не каплет!

Глава 2

Помощник коменданта сдержал свое слово: высадил Вадима почти рядом с местом, которое было отведено для постоянной дислокации отряда спецназа ГРУ. Их земельный надел, размером примерно двести на сто пятьдесят метров, располагался на небольшом удалении от православной часовни, построенной Ульяновскими строителями и освященной благочинным отцом Назареем в прошлом, 2001 году.

О том гласил текст на памятной доске на входе, который Вадим выучил наизусть в прошлых командировках.

Территория, в отличие от многих подобных в этом «вавилонском столпотворении» по выражению майора Штанько, была огорожена забором из колючей проволоки со шлагбаумом и караульной будкой на въезде.

На ней, как по линейке были расставлены два жилых модуля, три хозяйственных (столовая, баня и туалеты) и два штабных, размером поменьше.

В полевом автопарке, в углу лагеря, в настоящий момент пребывали два УАЗ 469 и пассажирская «Газель» защитного цвета с красными, медицинскими крестами на боках. В другом углу – мини спортивный городок с необходимым набором тренажеров. Вся территория рассечена дорожками, отбитыми крупными булыгами и засыпанными мелким речным окатышем, добытым в русле реки Сунжа.

К чему Вадим имел самое прямое отношение.

В прошлой командировке, будучи на отдыхе между боевыми выходами, ему дважды приходилось возглавлять отделение молодых солдат – срочников, откомандированных на речку для заготовки тех самых окатышей. Такие хозработы были не в тягость и воспринимались на «ура»: когда еще выпадет возможность поплескаться, пусть и в мутной, зато теплой, речной воде.

Кроме часового, спрятавшегося от дождя под грибок возле входа в штабной модуль, ни одного человека на территории лагеря видно не было.

Безлюдье вещало, что основная часть спецотряда занята своим прямым делом: боевые выходы никак не связаны со временем года и не зависят от погоды за пределами жилых модулей.

Вадим представил себя на месте тех, кто сейчас пробирается по горным тропам или неподвижно лежит на раскисшей земле, выслеживая остатки банд «непримиримых борцов за независимость «Ичкерии», и колючая волна холода, на мгновение, сковала позвоночник.