Антрия. Хроники возрождения

Так что, дерзкое дитя, можешь мне поверить, я то знаю о многих забытых вещах.

– Меня зовут Селайна а кто ты? Почему я слышу тебя не как других, ты как будто в моей голове?

– В каком то смысле я именно в твоей голове и нахожусь. Можешь не озираться, меня никто не услышит. Хотя признайся, ты мало с кем общаешься, только с учителем, так ведь?

– Да, мне не нужны ровесники, и взрослые тоже теперь не нужны.

– И в храм ты не ходишь…– заключил голос

– Нет… я не верю в Антрию, что за глупость считать, что огромный мир может быть живым.

– Хахаха. Общением с тобой, я только что стер тысячелетия безмолвия, очень жаль, что в пустоте нет хотя бы такого собеседника. – последнюю фразу голос произнес не обращаясь ни к кому, с легкой грустью. – Твой отец не так хорош в общении.

– Так кто же ты?

– Эльсты раньше были терпеливее… Ну что же, раньше все было иначе. Мое имя слишком длинное, но по-вашему меня звали Ахисаир, иногда Ахирис.

– Но раз я слышу тебя, ты еще жив?

– Да дитя, я был повержен, но не полностью. Хитростью заключив часть своей сущности в статую, приказал слуге выкинуть её в расселину, что он и сделал. А когда эльфы и ангелы уничтожили меня, я улетел в пустоту, но не в фантомную зону, как другие повелители тьмы.

– Так ты демон? – произнесла Селайна, с благоговейным страхом.

– Твой народ умеет придумывать сказки. Плохие, хм, а ты знаешь, что значит плохие? Плохими мы были или нет, у нас была своя цель, сделать так, как считал справедливым наш господин, наш бог. Сделать так чтобы всем воздавалось по-справедливому, а не как придется. Разве это справедливо, когда существо делает так, как ему хочется все время, а потом перед угасанием, просит милости божьей, и его принимают в чертоги увеселения? – последнее слово он нарочито произнес громко.

– Нет.

– Наш создатель также и считает, он готов испепелить всё, чтобы дать благо. И готов дать благо, чтобы испепелить все. Велик и могуществен реальный бог – Зармун.

– Я слышала, что когда эльфы ругаются – они произносят это имя, чтобы обидеть.

– Да дитя, эльфы отвернулись от настоящего бога.

– Ты не настоящий, наверное, мне просто не хорошо.