Скверная кровь

Когда карета двинулась с места, старик не преминул обратиться к Элоизе:

– А откуда ты знаешь, что он юноша?

Я похолодел от страха, услышав этот вопрос.

– Откуда… ну… я… я слышала, как люди обсуждали это происшествие рядом с каретой, когда выходила.

– Почему ты задаёшь так много вопросов?

– Я… Мне просто любопытно. Пока я вас дожидалась, какой-то юный полукровка просил у меня милостыню. Я его и не вспомнила бы, но после этого рассказа… кто знает?

– Надеюсь, ты не дала ему денег, – сказал старик.

 – Подкармливать это отродье – всё равно что кормить крыс, которые воруют наше зерно.

Но тут вновь карету остановили, и к ней приблизились всадники. Надпись в моей голове уже не мерцала, она горела ярким ослепляющим светом, и мне ничего не оставалось, как вспомнить нашего Бога и обратиться к нему с молитвой. Сколько раз я думал о том, чтобы наконец умереть. Был уверен, что тут же окажусь на том проклятом космическом корабле. И всё же что-то внутри меня хотело выжить в этом, пусть и иллюзорном на самом деле мире.

– Добрый день, господин!

– Корин! – воскликнул Лафет.

– Приветствую тебя, – откликнулся старик.

Кровь застыла у меня в жилах. Я чуть было не выскочил из-под сиденья с криком ужаса. Здесь был убийца Пипуса! На этой планете наверняка живёт не одна тысяча Коринов, но именно этот, порой сам того не зная, следовал за мной неотступно, как тень, куда бы я ни направился.

– Как продвигается твоя охота? – спросил старик. – Поймал негодяя?

Откуда он знает, что Корин выслеживает меня? И тут мне всё стало ясно.

Мне не было нужды высовывать голову из-под сиденья, чтобы выяснить, кому принадлежит мужской голос. Это тот самый старик-аристократ, который узнал меня однажды в Клихе и решил убить. Теперь я вспомнил, где видел герб, красующийся на сапогах Лафета, – на лацкане камзола этого зловещего старикана. Это ж надо было бежать и угодить прямо в руки моих преследователей!

– Из города мерзавцу не выбраться, – заверил его Корин. – Я предложил сотню серебряных имперских за его поимку.

К закату он будет мёртв.

– Мёртв? А как же суд? – спросила Элоиза.

Я снова услышал звук пощёчины. И снова Элоиза не вскрикнула.

– Я, кажется, приказал тебе молчать, дерзкая девчонка. Помалкивай, пока к тебе не обратились. Но если уж так хочешь знать, по закону у полукровок нет никаких прав. Корин, пошли сообщение на виллу, как только что-нибудь узнаешь. Мы пробудем там несколько дней перед отъездом из Калиона.