Нереальная. Моя

Но этот твой эгоизм…

– Хватит! – не выдержала я, моментально перестав играть в послушную милую жену, – Я не уйду с работы, мы много раз об этом говорили.

У мужа закаменело лицо. Обиделся. Он молча отодвинул недоеденный омлет и пошел одеваться. На работу он меня отвозил сам. Всегда. Даже если мы поругались, вот как сейчас.

В машине ехали тоже молча, пока я наконец не выдержала.

– Ты обиделся?

– Я расстроился, – коротко бросил он мне.

«Бля….»

– И почему? – я очень старалась говорить спокойно и максимально доброжелательно.

– Ты меня перебила.

– Что?!

– Я два раза начинал говорить, а ты мне просто заткнула рот. Ты же знаешь, я терпеть этого не могу.

У меня начал дергаться глаз.

– Я не хотела дослушивать то, что ты мне говорил. Что я должна была делать?

– Дослушать.

– Даже если мне было неприятно это слышать?

– Да. И кроме того, откуда ты знаешь, что именно я хотел сказать? Я же не договорил.

«По опыту блядь знаю. По богатому сука опыту наших регулярных ссор на эту тему!»

К дергающемуся глазу добавилась боль, прицельно бьющая в висок.

Я задолбалась ругаться, вот честное слово. Но Саша и правда выглядел очень обиженным и расстроенным, поэтому я сделала то, что могло исправить ситуацию прямо сейчас. То, чего он от меня ждал.

– Прости, что я тебя перебила.

Он длинно вздохнул. Похоже, что этого было недостаточно. Ладно, прогнемся еще сильнее.

– Я постараюсь больше так не делать.

Саша кивнул, на лице мелькнула слабая улыбка.

Ну слава тебе Богу, оттаял!

Муж припарковался возле здания с вывеской «Главгосэкспертиза России», и я потянулась к нему с привычным поцелуем. Блин, целоваться же намного приятнее, чем ругаться. Почему тогда вторым мы в последнее время занимались гораздо чаще, чем первым?

– До вечера.

– До вечера, милая, хорошего дня.

На работу я шла, чувствуя огромное, просто гигантское облегчение. Наконец-то я пришла туда, где не надо было ни под кого подстраиваться и где не требовалось угадывать чье-то настроение.

Единственное, что нужно было делать на работе – работать. И это был кайф.

Я очень надеялась, что Саша не додумается поставить мне ультиматум: или я, или моя работа. Потому что выбор в этом случае будет очень и очень непростым.

Моя профессия называлась длинно и непонятно – специалист по ценообразованию в строительстве. Нас по всей стране насчитывались единицы, мы были охеренными и очень нужными.